Книга Остывший пепел прорастает цветами вишни, страница 198 – Александр Нетылев

— Да, — согласилась она, — Он меня любит.

Большего она не сказала, чтобы не выдать лишнее. Как бы отреагировала Жунь Ли, доведись ей узнать, что лисенок, которого она пригрела, и мужчина, которого она почти полюбила, были двумя обличьями одного и того же существа? Что бы сказала, узнав, что одним существом были Ичэнь и тот, кого она знала как Цзянь Вэйана?

И Бао-Бао. Надо будет как-нибудь назвать его так. Инь Аосянь улыбнулась своим мыслям, представив, как гордый Король Демонов реагирует на откровенно детскую кличку. Он должен быть в ярости, но как ни нелепо это звучало для неё-прежней, ярость эта казалась ей не устрашающей, а забавной и по-своему милой.

— Я позабочусь о нем, — пообещала фея, — Можешь не беспокоиться. Я позабочусь и о Вэйане, и об Ичэне, и о Бао-Бао.

Жунь Ли улыбнулась.

— Я верю тебе, А-эр. Ты для меня почти как старшая сестра. Но только знай: в соперничестве за Вэйана у тебя не было бы ни одного шанса. Я уступила его тебе, только потому что собираюсь замуж за принца.

Инь Аосянь хихикнула, но не стала спорить. Да и Жунь Ли была не в настрое для долгих бесед. Чем дольше она говорила, тем ленивее лился поток её слов. Постепенно дочь министра погружалась в легкую дрему.

Дрему, что всегочерез несколько минут разрушило хлопанье крыльев испуганных птиц.

Когда испуганные чем-то птицы вдруг вспорхнули с деревьев, Жунь Ли испуганно подкинулась, — так что казалось, еще немного, и она улетела бы вместе с ними. Солнце уже клонилось к закату, а Цзянь Вэйана все не было.

Зато были другие, незваные гости. Слыша торопливые шаги и грубые голоса, дочь министра с запозданием подумала, что отсылать Ронга, пока не пришел Вэйан, было не такой уж хорошей идеей.

Вывалившие на поляну мужчины были одеты в простые одежды без символики какого-либо из благородных домов. С первого взгляда походили они на простых разбойников, — но только оружие их было слишком качественным и дорогим.

Пока Жунь Ли лихорадочно пыталась сообразить, что делать, Инь Аосянь уже действовала. Никогда не заподозрила бы барышня бывшую танцовщицу во владении боевыми искусствами, — но сейчас, видя, как с места она взметнулась в воздух, поняла: в своем мастерстве «небесная фея» могла превзойти даже Ронга.

Мужчины даже, кажется, не успели понять, что произошло, а сразу двое из них уже отлетели прочь, сметенные с ног стремительными и неожиданно сильными ударами хрупкой феи. Меч одного из них будто по волшебству оказался в руках Аосянь, другой же воткнулся в землю неподалеку.

— Беги! — потребовала «небесная фея».

Однако растерявшись, Жунь Ли не последовала её команде. Дочь министра сделала первое, что пришло ей в голову: ухватилась за рукоять меча в надежде помочь подруге.

— Не лезь! — крикнула Аосянь.

Но времени прорабатывать тактику уже не было: лже-бандиты бросились в атаку. С невероятной скоростью Инь Аосянь носилась от одного к другому, и меч её, казалось, малькал в нескольких местах одновременно.

Ни один из её ударов не был смертелен, однако оглушенные тела, покалеченные руки и даже сломанные клинки множились на глазах. Дюжина нападавших осталась лежать на лесной поляне, — но топот многочисленных ног за деревьями давал понять, что это лишь авангард.

— Уходим отсюда, — как-то слишком спокойно сказала Аосянь.