Книга Королевство теней и пепла, страница 106 – Дж. Ф. Джонс

Может, всего этого слишком много.

— Однажды ты станешь королевой Королевства Света, — сказала мать, неторопливо улыбаясь. — Брат будет править здесь, а ты — ими. Я видела это.

— Мам, — сухо проговорила Алина. — Марина Нур — их будущая королева.

Она говорила это раньше. Скажет ещё.

Но теперь мать улыбнулась шире и улыбка стала некрасивой. Холодной. В ней пахло угрозой.

— На это всегда есть решение.

…

Кай услышал визг ярости ещё до того, как увидел её.

Растянувшись на каменной скамье под тенью старого дерева, он перебрасывал яблоко по дуге, ловя ленивым рывком. Утро сулило скуку, вязкую, как жара этой проклятой земли; но, похоже, удача улыбнулась. Из-под арки сада ворвалась принцесса Алина: руки на бёдрах, золотые юбки рассекают воздух. Она что-то бормотала сквозь зубы — остро, ядовито, — и гнев вздымался вокруг неё, как пламя.

Как всегда великолепна. Золото платья закрывало её всю, оставляя работу воображению; Кая это только забавляло. Он часто думал, каково — распеленать то, что спрятано под шёлком и кружевами, добраться до женщины под бронёй долга и запретов. Солнце поймало её блонд — жидкое золото; глаза — самые обычные для драконийцев карие — держали в себе нечто большее, чем цвет. Они горели внутренним огнём, глубиной, которой, казалось, и она сама ещё не знала.

— Вас что-то тревожит,принцесса? — Кай приподнялся, щурясь от света.

Алина ахнула, разворачиваясь, всплеск испуга сменился досадой:

— Да чтоб тебя!

Она выдохнула, собралась, шагнула ближе, раздражение всё ещё шипело в воздухе.

— И что ты делаешь?

— Греюсь на солнце.

Алина наклонила голову:

— Я думала, вивернийцы ненавидят жару. Разве ты не проводишь дни, стонешь, как здесь жарко?

Кай лениво оскалился:

— Вы так внимательно следите, от чего я издаю стон, принцесса?

Краска залила ей шею.

— Не перекручивай! Мне всё равно, от чего ты стонешь, — она скрестила руки, прикусила губу; злость, похоже, нашла новый объект — его. — У меня заботы поважнее.

— Например?

Кай откинулся, потянулся, как довольный кот. Он не мог вообразить, что может заботить Алину Ахерон. Она — королевская кровь: холена, любима. Ест лучшее, носит самое дорогое, делает что хочет. Ну… почти. Странные правила этой земли и бесконечные запреты для женщин он ещё не понял.

Алина вздохнула, опустилась рядом на скамью.

— Меня выдают, — пробормотала тихо, почти по-детски, — за Захиана Нура.

Кай закинул голову на спинку, простонав:

— Это который?

— А разве важно?

— Ну… Если уж меня силком женят, я бы предпочёл, чтобы мне хоть немного нравился человек, — ухмыльнулся.

— Мне всё равно. Меня увезут в чужую землю и сунут мужчину, которого я едва знаю. Он… — она скривилась, — будет подсаживать детей в мой живот, а потом забудет обо мне.

— В твоей живописной подаче звучит действительно мерзко, принцесса.

— Ты издеваешься. Опять.

— Не посмел бы. Не после прошлого раза.

Он прекрасно помнил жар её губ, как она поцеловала его, будто тонула, а он единственный воздух. Но когда он отступил, когда остановил, в её глазах вспыхнула ярость — жарче всякой драконьей кузни.

И вот она снова здесь. Ищущие глаза. Неуверенность.

— Я не знаю, что делать, — призналась она, маленькие кулаки сжались.

Кай посмотрел на неё.

— Скажи «нет».

— Что? — Она моргнула словно у нее не возникало такой мысли. — Сказать «нет»? Королю и королеве Дома Пламени? Они сожгут меня заживо.