Книга Баллада о зверях и братьях, страница 128 – Морган Готье

— Похоже, Атлас сегодня так просто не сдастся, — Эрис толкает меня бедром и кивает подбородком в сторону окон гостиной позади нас.

Я чуть поворачиваюсь, чтобы краем глаза увидеть, как Атлас расхаживает по комнате, в то время как его дядя спокойно потягивает напиток, уютно устроившись в одном из кожаных кресел у потрескивающего камина. Атлас, без сомнения, раздражён, а Сорен, напротив, явно забавляется, пресекая его доводы.

Вдруг взгляд Атласа поднимается ко мне, и я резко отворачиваюсь, чтобы наши глаза не встретились.

— Не понимаю, зачем он каждый раз так спорит, — делаю ещё глоток какао и тихо стону от мягкого шоколадного вкуса.

— Ты прекрасно знаешь, почему он спорит, когда дело касается тебя, — цокает Эрис языком, привлекая мой взгляд.

— Послушай, он ясно дал понять…

— Что он хочет тебя, но хочет, чтобы ты сделала первый шаг? Или что он хочет, чтобы ты сама поняла, чего хочешь от жизни, и не давил на тебя? — парирует она, и я прищуриваюсь. — Шэй, в какой-то момент тебе придётся снова открыться для любви. Не позволяй страху перед тем, кто однажды тебя ранил, решать, кому ты позволишь исцелить тебя в будущем.

Я прочищаю горло, отказываясь проливать хоть одну слезу здесь, перед всеми, из-за бушующей в груди бури эмоций.

— Что там? — указываю я на край террасы, где дорожка уходит вдаль.

Эрис на мгновение задумывается, будто решает, стоит ли ей комментировать мою попытку перевести разговор, но, к счастью, оставляет всё как есть и отвечает:

— Там беседка. С неё открывается лучший вид на город с северного хребта.

— Можно мне туда спуститься?

— Конечно! — она кивает с улыбкой. — Там фонари освещают путь. Недалеко.

— Не хочешь пойти со мной? — надуваю я губы.

— Я целый год жду этих жареных маршмеллоу, которых готовит Рэйф. Я съем их столько, сколько смогу.

— Ладно, — смеюсь я. — Вернусь через несколько минут.

Как и сказала Эрис, дорожка хорошо освещена фонарями и приводит меня к потрясающей беседке восьмиугольной формы. Чёрная облицовка идеально сочетается с домом, а внутри, к моему приятному удивлению, потолок из стекла, сходящийся в острие, позволяющий любоваться звёздами, пока смотришь на огни города, мерцающие неподалёку. Я слышу смех остальных,но именно плеск воды успокаивает мою душу. Подношу кружку ко рту и делаю глоток горячего какао, сильнее кутаясь в один из пледов, прихваченных у костра.

— Для наследницы Мидори ты совсем не выглядишь соответствующе.

Я резко оборачиваюсь, ожидая увидеть призрачное лицо Веспер, но с облегчением вздыхаю, когда вижу Сорайю, стоящую в проходе беседки, со скрещёнными на груди руками и озорным блеском в глазах.

— Я тебя напугала? — её игривый голос немного успокаивает мои нервы, и я усмехаюсь.

— Пожалуй, у вас самый тихий шаг, ваше величество.

Она отмахивается, подходя ближе:

— О, прошу тебя, не используй титулы, дорогая. Я никогда их не любила. Просто Сорайя. Не больше и не меньше.

Она опирается предплечьями на деревянные перила рядом со мной:

— Слышала, ты была в Драакстене.

— Была, и это одно из самых величественных мест, что я когда-либо видела, — несмотря на то что я всё ещё чувствую себя скованно наедине с ней, я облокачиваюсь на перила, пытаясь расслабиться. — Жаль только, что драконы исчезли. Я читала о них лишь в книгах, но всегда мечтала, чтобы они были реальными.