Книга Баллада о зверях и братьях, страница 47 – Морган Готье

Поднимаю крышку и вижу внутри ещё одну записку, написанную другим почерком. Открываю её и читаю:

Атлас.

Я прячу записку в карман брюк и откидываю лёгкую белую бумагу, под которой обнаруживаю пару чёрных боевых перчаток без пальцев. На коже выгравирован замысловатый узор, похожий по стилю на татуировки Атласа, но я понятия не имею, что означают эти символы.

— Всё в порядке? — спрашивает Финн, заставив меня вздрогнуть. Я даже не услышала, как он вошёл в дом.

Когда он ставит корзину с собранными травами на стол, я протягиваю ему коробку:

— Это от Атласа. Мой призза то, что я повалила его на тренировке.

Финн выглядит искренне впечатлённым и одобрительно кивает.

— А что означают эти символы?

— Можно? — спрашивает он, прежде чем поднять перчатки из их ложа. Получив моё безмолвное согласие, он поворачивает их в руках, внимательно изучая, а затем аккуратно возвращает на место.

— Ну? — любопытство побеждает во мне.

— Это древние троновианские руны. Атлас их очень любит, ты, наверное, уже заметила по его татуировкам, — я киваю, и он продолжает: — Это руны защиты. Считается, что если они находятся при тебе, смерть не сможет тебя забрать.

Я надеваю их на руки и наслаждаюсь тем чувством силы, которое они дарят. Не уверена, верю ли я в подобные суеверия, но и от лишней защиты отказываться не стану.

В стиле Атласа — дать мне то, что я просила, но с личной изюминкой.

— Это довольно впечатляюще, если задуматься, — снова привлекает моё внимание Финн, поднимая корзину, чтобы уйти на кухню.

— Что именно?

— Тебе удалось получить не один, а два подарка от человека, который дарит их только своей матери.

Я фыркаю от смеха:

— Только потому, что я честно его выиграла.

— Ага. Честно выиграла, — подмигивает Финн и скрывается на кухне.

Когда я впервые заметила перчатки Атласа во время одного из занятий, то сразу захотела выглядеть так же могущественно. Хотела, чтобы меня тоже воспринимали всерьёз. Если бы у меня была подходящая экипировка для рукопашного боя, возможно, мои костяшки не покрывались бы синяками, и, может, меня начали бы считать реальной угрозой. Я хотела бы точно определить, почему так сильно хочу, чтобы Атлас видел во мне равную, чтобы воспринимал меня как силу, с которой стоит считаться. Но в конечном итоге всё сводится к тому, что я отказываюсь быть той самой хрупкой принцессой, чья единственная ценность — красиво выглядеть и молчать.

Я чуть не рассмеялась вслух, когда увидела удивление на лице Атласа, когда сказала, что хочу боевые перчатки. Он, наверное, ожидал, что я попрошу диадему, три дюжины роз или платье с шлейфом длиной в квартал. Но я всё больше понимаю, что любила эти вещи лишь потому, что меня к ним приучили. Они никогда не приносили мне настоящего счастья. Всё, чего я когда-либо хотела, — чтобы меня замечали, любили и уважали. Я не могла осознать, чего действительно жажду,пока меня не вырвали из уютной, но пустой жизни в роскоши и не бросили в ситуацию, где либо выживаешь, либо умираешь.

Троновианцы изменили меня. Вдохновили. Заставили почувствовать, что меня видят и слышат. И я ни за что не вернусь к той глупой, избалованной принцессе, какой была до того, как меня похитили. До того, как меня спасли.

Маятниковая дверь распахивается, и в комнату вбегает Никс, вгрызаясь в сочное зелёное яблоко.