Книга Пожиратель Людей, страница 7 – Никки Сент Кроу

Он хмурится, сердито глядя на меня снизу вверх.

— Я умею задавать грёбаные вопросы.

Я подтаскиваю стул в центр комнаты и разворачиваю, чтобы сесть задом наперёд и положить руки на спинку.

— Тебе мешает гордость.

— Ничего подобного, — резко, с защитной ноткой говорит капитан.

— Спроси меня, нашёл ли я какие-нибудь зацепки, — говорю я ему.

Его взгляд ещё сильнее сужается, уголки губ опускаются.

— Нашёл? — слова звучат тихо, обжигая надеждой.

— Да.

— Как? Когда? — он подаётся вперёд.

— Я эффективен. И убедителен.

— И ты называешь гордецом меня.

— Я сказал, что тебе мешает гордость. Можно быть гордым и при этом не спотыкаться об неё.

— Давай к делу, тварь.³

Я подаюсь вперёд, словно собираюсь доверить ему секрет. Он тоже склоняется ко мне, будто готов его услышать.

— Я встретил одну девушку вчера вечером, — начинаю я.

Он закатывает глаза и драматичнооткидывается назад, и я чувствую в воздухе терпкий привкус ревности.

— И когда я был по самые помидоры в её сладкой киске…

Челюсть Крюка напрягается, он скрежещет зубами.

— …она поведала мне одну историю.

Это лишь отчасти правда. Мне просто нравится подначивать его, чтобы посмотреть, как он запляшет.

Правда в том, что я действительно встретил девушку, но информация была получена с помощью изгнанной королевы фейри, которая обладает силой проникать в разум и извлекать ценные сведения.

Никакого траха не было.

— Дай угадаю, — говорит капитан. — Она сказала, что ты лучший любовник в её жизни?

— Ну, это и так понятно.

Он усмехается.

— Я и впрямь трахаюсь как бог. Спроси кого угодно.

— Я бы предпочёл этого не делать.

— Я мог бы тебе показать.

Он ёрзает, переносит вес тела, и стул замечает его волнение, подчёркивая громким скрипом. Его лицо пылает. Думаю, он мне вполне нравится без растительности на лице. Ему негде спрятаться.

— Хватит пытаться увести разговор в сторону, — говорит он. — Венди. Придерживайся Венди.

Я вытягиваю свои длинные ноги, взгляд капитана следует за этим движением, и я ловлю его на том, что он пялится на мою ширинку.

— Девушка сказала мне, что у её подруги была бабушка, которая много лет назад сидела в тюрьме Высокой Башни, и что она делила камеру с женщиной по имени Венди.

Масляная лампа ловит сквозняк, и пламя пускается в пляс, свет мерцает на лице капитана, когда его глаза снова впиваются в мои.

— Венди Дарлинг?

— Да.

Стул снова скрипит.

— Она всё ещё жива?

Я жму плечами.

— Мне нужно встретиться с девушкой… — я достаю карманные часы, и капитан вздрагивает от тиканья, — …через час и десять минут.

— В такой непотребный час?

— Эверленд не спит.

— Где?

Я цокаю языком.

— Ты ясно дал понять, что не хочешь работать вместе, Капитан. В конце концов, ты бросил меня без сознания на Неверленде и уплыл в закат, оставив зверя позади, — я встаю. — Так что мне пора.

— Подожди, — он тоже встаёт и тянется ко мне, ловя за запястье.

Я опускаю взгляд на его кожу на моей. Его кожа гладкая, без отметин, чуть припалённая солнцем. Моя бледная, исписанная чернилами и историей шрамов.

Мы с капитаном противоположности. Он хочет забыть, кто он, а я боюсь, что могу не вспомнить, кембыл.

— Прости, — тихо говорит он и хмурится собственному признанию, словно оно удивило его, выскользнуло с губ, словно крошечные предательские слова.

Важно ли мне, искренен ли он? Важно ли мне, будем ли мы искать Венди вместе или порознь? Возможно, будет забавно превратить это в игру.