Книга Баронство в подарок, страница 39 – Экле Дар

Пока Ивонн снимала с меня мерки, я расспрашивала ее о делах. Она, как оказалось, была кладезем информации о местной знати — кто с кем в ссоре, кто на грани разорения, чья дочь выходит замуж и за кого. Эти светские сплетни были не менее ценны, чем экономические сводки.

— Слышала, у вас в Рокорте дела пошли на лад, — заметила она между делом, закалывая булавкой ткань на моем плече. — Говорят, даже дороги новые мостите. Не ожидала я такого от старого Торвальда.

— Времена меняются, мадемуазель Ивонн, — уклончиво ответила я. — И люди тоже.

Когда все мерки были сняты и обсуждены детали, я расплатилась щедрым авансом. Уходя, я почувствовала, что приобрела не просто портниху, а еще одного ценного информатора и союзника.

Перед отъездом я позволила Элле купить пару лент на ярмарке, а сама на последние монеты приобрела несколько пакетиков с семенами новых, незнакомых мне овощей и пряных трав. Возможно, они приживутся в наших огородах.

Возвращались мы в сумерках. Я ехала в седле, переполненная впечатлениями. Эта поездка дала мне больше, чем месяцы чтения отчетов. Я увидела свою землю извне, глазами торговцев и ремесленников. Я поняла наши слабые и сильные места. Я установила первые, пока еще зыбкие, контакты за пределами баронства.

Элла, уставшая, но счастливая, дремала в седле, крепко сжимая сверток со своими покупками. Хаггар и его люди ехали молча, но по их довольным лицам было ясно, что и для них этот выезд стал глотком свежего воздуха.

Я смотрела на темнеющее небо и думала о том, что сделала первый шаг из своей крепости в большой мир. Мир был сложным, полным опасностей и конкуренции. Но он же был полон и возможностей. И я была готова их использовать. Поездка на ярмарку стала не просто покупкой платьев. Она стала моей первой настоящей разведкой боем.

Солнце уже коснулось вершин синехвойных пихт, отбрасывая длинные, расползающиеся тени. Мы возвращались в Рокорт, усталые, но довольные. Элла тихо напевала себе под нос, перебирая купленные ленты, стражники перебрасывались негромкими шутками, обсуждая ярмарочные диковинки. Я ехала чуть впереди, обдумывая увиденное и строя планы. Покой был обманчив.

Атака была стремительной и глупой. Из придорожных зарослей высыпало пятеро. Не организованные наемники, а оборванцы с остервенелыми, голодными лицами. Их оружие было жалким: два зазубренных ножа, дубина с гвоздем, да пара самодельных копий. Они перекрыли дорогу, и самый крупный из них, с шрамом через глаз, сипло крикнул:

— Коней и кошельки! Быстро, и живота лишим!

Хаггар и его люди даже не сговариваясь. Мечи с лязгом вышли из ножен. Ящера моего вздыбился, фыркая от испуга. Я инстинктивно схватилась за свой тренировочный клинок, всегда висящий у седла. Мысль о том, чтобы использовать магию, даже не возникла — времени не было, только мышечная память и адреналин.

— Элла, на землю! — крикнула я, спрыгивая с ящера и становясь в боевую стойку, которую оттачивала с Келвином сотни раз.

Бой был коротким и жестоким. Мои стражники были профессионалами, закованными в кожу и сталь. Против голодных оборванцев они были как бульдоги против шавок. Один из нападавших бросился на меня, видимо, решив, что я — слабое звено. Его дубина с гвоздем свистнула в воздухе, но я успела отскочить, и деревянный клинок Келвина со всей силы треснул его по запястью. Кость хрустнула, дубина полетела в сторону. Он завыл от боли и удивления.