Книга Двое и «Пуля», страница 36 – Галина Чередий

Любопытство походу начало побеждать страхи и неловкость Лав, потому что она стала то и дело вытягивать шею, выглядывая из-за меня, а потом и вовсе завертела головой, тараща свои огромные глазищи какого-то ночного зверька на все вокруг. Ну еще бы, что она там на своей помойке то видала.

Хмыкнув себе под нос, я свернул с основной галереи, внезапно захотев показать этому цветику то, чего она сто процентов видеть не могла.

— Это что? — настороженно спросила Лав, тормознув перед огромными прозрачными дверями в местный парк-оранжерею.

Я шагнул вперед, двери разъехались и в лицо пахнуло особенным влажным духом, ароматом цветов, трав, легкой грибной прелостью почвы.

— Терра-зона с настоящими живыми земными растениями. Тут, кстати и овощи растят для тех блюд, что мы сегодня ели. — обернулся, предвкушая изумление девчонки и заметил, что она почему-то сильно щуриться. — А еще тут насекомые есть. Бабочки например. Ты видела живых бабочек?

— Нет. — ответила Лав и почесала сильно порозовевшую щеку. — А нам обязательно туда идти?

— Не обязательно, но разве тебе не интересно глянуть?

И опять что-то заворочалось за ребрами, похожее на азарт какой-то, предвкушение изумления и восторга, что увижу на мордахе ее, когда она увидит один из местных цветков или бабочку. Заозирался в поисках зоны кормления этих самых бабочек, куда они обычно слетались десятками.

— Интересно. Просто там свет такой… странный… — и она теперь заскребла тыльную сторону кисти,но все же пошла, а точнее почти покралась вперед, входя под свод терра-зоны. Запрокинула голову и стала медленно поворачиваться, рассматривая пространство со все тем же сильным прищуром.— И пахнет тут… чем-то непонятным. Такое все зеленое… яркое…шевелиться…  Мне это… не очень …

Она не договорила, поежилась раз, еще, почесала уже шею и я в офигее уставился на красный быстро вспухающий расчес, который появился на ее белой коже.

— Че за дела? — только и успел сказать, как Лав покачнулась и схватилась ладонями за щеки, зашипев.

Я сцапал ее за локоть, разворачивая к себе и охренел. Кожа Лав стремительно краснела и жутко распухала, на лбу и кистях вздувались волдыри, так, будто на нее вылили ведро кипятка, а из уголка глаза выкатилась кровавая слеза.

— Плохо… — прохрипела она, как при смерти и начала оседать.

— Твою мать! — заорал я в панике, подхватил ее на руки и ломанулся из терра-зоны обратно в основную галерею, вопя во все горло. — Медика! Срочно!

17)

— Буль-буль-буль… с-с-с-леды многочис-ш-шленных переломов раз-с-сной с-ш-штепени давнос-ш-шти… — пробилось сквозь непонятное гудение в моей голове.

Странный незнакомый голос, обладатель которого то ли кривлялся, то ли реально сильно шепелявил.

— Бу-бу-бу… я не по этим делам… — а вот этот голос я узнаю.

Киан, здоровенный громила, головорез и подлый захватчик моего корабля, с которым у меня теперь почему-то договор о помощи. Почему, кстати? Как это так получилось, я ведь точно помню, что собиралась от него избавиться любой ценой. Он ведь жуткий, орет и рычит, а еще, кажется, смотрит ТАК. Или не смотрит? В любом случае он мужик, он сильнее, а значит по умолчанию опасен. Но я почему-то согласилась на его помощь. Почему? Он сказал — для него был очень важным факт, что я поделилась с ним едой, всей, что была на борту. Что это, мол, настолько важно, что мне и не понять.