Книга Марианна. Попаданка в нелюбимую жену, страница 126 – Дора Коуст

— А вам никто не говорил, что женщину нельзя попрекать едой? — спросила я наигранно мягко. — Это травмоопасное занятие, граф.

Он усмехнулся, вытер губы салфеткой и чуть наклонился вперед:

— Что? Прям драться будем?

Я демонстративно приподняла бровь. Дальше напрягаться было тяжело, так что я сдалась без боя и снова откинулась на спинку стула.

Переглянувшись, мы тихо рассмеялись. Рядом с Арсарваном, что удивительно, уютно было даже молчать. Не надо было придумывать тему для разговора. Они находились самостоятельно.

— Доползу до ванны и упаду в нее, — мечтательно поделилась я ближайшими планами на жизнь. — Ты не представляешь, как я была рада, когда нашла уборную в своих покоях.

— А у вас не везде есть уборные? — заинтересовался граф.

— Напротив, это у вас они не везде есть. У вас — в смысле в других мирах. Машка много читала про Пропащих, кое-что даже вслух. Одной девушке, например, пришлось самой канализацию придумывать, представляешь?

Судя по взгляду Арсарвана, он не представлял, но слушал внимательно и с затаенной улыбкой в уголках губ.

— Но больше всего меня, конечно, покорил бассейн. Обожаю плавать, — поделилась я, разоткровенничавшись. — Если бы я жила где-нибудь рядом с морем, меня бы из него не вытащили.

— Обещаю, что покажу тебе море, когда мы разберемся с твоей проблемой, — неожиданно серьезно пообещал Арс.

— Устроишь мне прощальный праздник? — не поверила я.

— Что-то вроде того, — согласился он, а я внезапно снова смутилась.

Этот темноглазый нахал умел забираться в самую душу и смотреть так, что мозги отказывали. Я столько чувствовала по отношению к нему: и благодарность, и легкую растерянность, и даже каплю надежды.

Надежды на то, что…

Он сдержит обещание и поможет мне вернуться домой.

— Ну… я пойду. Готовиться ко сну, — нерешительно поднялась я, пряча взгляд. — Спасибо за компанию и ужин. Ты приберешь здесь сам?

— Все что угодно, лишь бы тебе крепче спалось, — обольстительно улыбнулся он, а на его щеке заиграла милая ямочка.

Милая… Прячась в своей комнате во временном одиночестве, я ругала себя на чем свет стоит. Потому что его ямочка не казалась мне милой. Она выгляделасоблазнительной, чертовски сексуальной, кружащей голову, но уж точно не милой.

Кажется, впору было вешаться на собственных чулках, потому что сердце билось еще сильнее, чем в первый день нашего знакомства, когда я толком ничего не соображала.

Либо действие зелья только усиливалось. Либо оно уже просто не действовало на нас, а я…

Кажется, мне чертовски нравился чужой муж. Чужой муж, чью рубашку я собиралась взять с собой в купальню, чтобы использовать вместо ночной.

Чужой муж, который на ночь глядя решил вдруг заняться фехтованием. Под балконом моей спальни.

Услышав странный скрежет, будто кто-то ступал по гравию, а за ним металлический звон, я из любопытства вышла на площадку балкона. Выбралась прямо в кружевном нижнем белье, продолжая сжимать рубашку графа в руках.

Стараясь идти по нагретому за день камню бесшумно, я высматривала происходящее. Увидев полуобнаженного Арсарвана у деревянного столба, все же додумалась пригнуться. Дальнейший путь прошла практически ползком, чтобы спрятаться за пузатыми колоннами балюстрады.

Как же этот чертяка был хорош в холодном сиянии луны! Литые мышцы перекатывались при каждом выпаде.