Книга Жена светлейшего князя, страница 44 – Лина Деева

«Хотелось бы верить».

Увы, у меня было ощущение, что понял д'Аррель что-то глубоко своё и имеющее весьма смутную связь с моими словами. Однако вслух я ответила:

— Вот и хорошо. Удачно добраться до столицы и всего вам наилучшего, господин виконт. Прощайте.

Повернулась к двери и, стараясь не придавать значения волне мурашек от раздавшегося в спину «До свидания, Кристин!», вышла.

Я не видела, как уезжали виконт и Жюли, а о том, что Клода с подельниками осудили на пять лет рудников, узнала от Лидии. Подумала: «Вот и всё, закончилась история», — но вместо того, чтобы с облегчением выдохнуть, наоборот, ощутила беспокойство. Что ждало меня дальше? Был ли прав д'Аррель, и не получилось ли, что я и впрямь лишилась единственного шанса на помощь?

«Узнается».

Я заложила книгу бисерной закладкой и, поднявшись из кресла, подошла к окну библиотеки.

«Рано или поздно я всё узнаю. Только бы хватило сил пережить это знание».

Однако летние дни проскальзывали сквозь пальцы шёлковыми травинками, а жизнь моя текла размеренно и ровно. Ни новые воспоминания, ни тревожащие сны больше не приходили. С Геллертом мы виделись только в трапезной и разговаривали исключительно на общие темы. Похищение и ночная прогулка по замку странным образом избавили меня от страха покидать свои комнаты, и я стала много гулять — сначала в сопровождении Лидии, а затем осмелела настолько, что и сама. Все обитатели замка, с кем мне приходилось встречаться, были неизменно доброжелательны, и только накатывавшее время от времени ощущение, что я самозванка и совершенно не заслуживаю подобного отношения, портило общее благостное впечатление.

А ещё я подспудно продолжала ждать: что-то должно случиться. И когда в один из летних вечеров, напоенных запахом трав и нагретого камня, Лидия разыскала меня на смотровой площадке донжона и сообщила, что «монсеньор срочно хочет вас видеть, госпожа», я не восприняла это, как неожиданность. Лишь внутренне подобралась и, с тоской бросив прощальный взгляд на пылавшие в закатном огне горные пики, отправилась в княжеский кабинет.

— Никаких тревожных новостей, — сразу успокоил меня Геллерт. — Просто я получил письмо от мессера Наварра, в котором есть кое-что, касающееся вас.

И он протянул мне бумагу, загнутую таким образом, чтобы можно было прочесть лишь несколько последних строк.

«Был рад получить известие, что твоя супруга оправилась от случившегося с ней. Приглашаю вас в гости на Литу — даже светлейшим князьям нужно когда-то отдыхать, а госпожа Кристин ещё ни разу не бывала в замке Верных. С пожеланиями наилучшего, Наварр».

Я подняла взгляд от письма и задала вопрос, ответ на который был очевиднее некуда.

— Нас приглашают в гости?

Геллерт подтверждающе кивнул и добавил:

— Но если вы не хотите, я извинюсь перед мессером. Не переживайте, он всё поймёт правильно.

Я снова опустила глаза на написанные твёрдым, разборчивым почерком строчки. Мессер Наварр. «Вторая Опора, Верные, — шепнула память. — Герб — серебряный ворон на алом. Наставники рода де Вальде». А затем послала мне картинку: библиотека, кресло у камина, в кресле — крепкий, седовласый мужчина с острым, молодо блестящим серым взглядом. Глубокий, хрипловатый голос: «Прости, девочка, я не имел цели обидеть тебя. Но ты должна понимать: для того чтобы стать достойной княгиней, мало доброго и нежного сердца. Нужны ещё знания и ум». И чувство собственной глупости и ничтожности, как у провалившей важный экзамен ученицы.