Книга Попаданка для чудовищ. Без права голоса, страница 18 – Тина Солнечная

Я снова показала на себя, сложила руки, будто сплю, потом — резким движением провела по горлу. Смерть. Потом указала на себя и снова помотала головой. Я не та, кто должна здесь быть!

Шарх склонил голову, янтарные глаза сузились. — Что-то вроде… не хочу умирать?

Коул фыркнул. — Или просто дразнится.

Я стукнула кулаком по столу, глаза заслезились от бессилия. Ещё раз: я — нет! я — чужая! Изобразила, будто снимаю с себя кожу, будто в этом теле кто-то другой.

Мужчины наблюдали с непроницаемыми лицами.

— Я ничего не понял, — признался Коул, откинувшись на спинку стула. — Но выглядит занятно.

— Я тоже, — холодно сказал Айс. — Махает руками и ведёт себя странно.

Шарх задумчиво потер подбородок. — Я понимаю, что ты хочешь сказать что-то для тебя важное, но не понимаю ни одного слова. Как ты в семье общалась вообще?

Я уронила руки на колени, тряслась от злости и отчаяния. Ни звука, ни слова. Только бесконечное, глупое жестикулирование.

— Ладно, — сказал Коул, лениво поднимаясь из-за стола. — Пойдём починю твой кран. А то это можно продолжать бесконечно.

Я тяжело выдохнула. Сопротивляться было бессмысленно. Сдалась.

Мы пошли по коридорам, и на удивление, на этот раз я запомнила дорогу. Может, потому что рядом был он — лёгкий, расслабленный, будто стены и своды не давили на него, как на меня.

Войдя в мою комнату, Коул сразу направился в ванную. — У меня тоже недавно не работал, — сообщил он, закатывая рукава. — Там застрял один местный вредитель. Такой гадкий мелкий тип… вроде крысы, толькомагической. Вечно лезет туда, где его не ждут.

Я хмыкнула про себя, но слушала внимательно. Он наклонился к раковине, приглядываясь к кранам. Потом вдруг недовольно скривился и стал стаскивать рубашку через голову.

Я едва не поперхнулась воздухом.

Передо мной оказался Коул в одних штанах. Спина — широкая, мощная, каждая мышца будто отлита. И вся покрыта замысловатыми татуировками: линии, символы, звериные силуэты, будто оживающие в полумраке. От их вида у меня по телу побежали мурашки. А еще трогать захотелось. Руки чесались, будто сами тянулись…

Он, конечно, ничего не замечал. Стоял, склонившись к раковине, серьёзный и сосредоточенный.

— Ну что, посмотрим, что тут у тебя, — пробормотал он, положив ладонь на латунного зверя, из головы которого должен был течь поток.

И тут началось.

Его пальцы светились мягким янтарным светом, будто татуировки на спине отзывались и пульсировали в такт. Вода в трубах зашипела, где-то глубоко послышался писк, словно что-то мелкое возмущённо сопротивлялось. Коул нахмурился, щёлкнул пальцами, и из крана брызнул фонтан мутной воды с тёмной искрой внутри.

— Ага, вот и гадёныш, — удовлетворённо сказал он.

Вместо инструментов — только его руки и магия, но выглядело это чертовски… правильно. Сантехник, только магический, да ещё и красивый до неприличия.

Я застыла в дверях, не в силах оторвать взгляд от изгиба его спины, от блеска татуировок и от того, как легко он справлялся с этой странной проблемой.

Коул, сосредоточенный и уверенный, ухватился за что-то в глубине трубы и рывком вытянул наружу. Я вздрогнула, когда на его ладони оказался странный зверёк — маленький, серый, с блестящими бусинами-глазами и зубастой мордочкой.

— Не бойся, — сказал он спокойно, заметив, как я отпрянула. — Он не кусается.