Книга Попаданка для чудовищ. Без права голоса, страница 69 – Тина Солнечная

Метка вспыхнула закрученной спиралью — серебристый смерч, будто вырезанный ветром прямо на его коже. Живой, движущийся, будто в каждом завитке дышала сама стихия, которой он владел.

Шарх замер, глядя на знак у себя на ключице. На мгновение в нём не осталось ни наглой ухмылки, ни привычной хищной лености. Только удивление… и то самое тихое признание, которое он никогда не озвучивал словами.

Он поднял взгляд на меня, и ветер будто замер вокруг нас.

— Ну здравствуй… моя девочка, — прошептал он так мягко, будто боялся спугнуть.

Он наклонился — и его губы коснулись моих.

Сначала — едва, осторожно, словно он всё ещё не верил, что я теперь и правда его. Конечно, то, что мы оба это подозревали и то, что это случилось — совершенно разные вещи. Но мгновение спустя поцелуй стал глубже, медленней, горячей. Он словно заново знакомился со мной. А мне удалось заново познакомиться с ним. Хотя поза для знакомства и была немного неоднозначной, потому что, пусть я и опустила ноги ему на талию, его член все еще был во мне. И не знаю как, но он продолжал медленно толкаться в меня, доставляя дополнительное удовольствие.

Я обняла его за шею, притянула ближе, и Шарх отозвался сразу: перевернул меня на себя, не прерывая поцелуя ни на секунду, будто воздух между нами был лишним.

Он дышал мной. Я дышала им.

Его ладони скользили по талии, по рёбрам, по линии спины — уверенные, жадные и в этот момент совершенно родные. Поцелуй становился всё дольше, всё слаще, пока мы не потеряли счёт времени — просто лежали в траве, сплетённые, счастливые.

И когда он наконец оторвался от моих губ, это было лишь затем, чтобы улыбнуться — и снова вернуться ко мне.

Долго. Сладко. С такой нежностью, которой я от него не ожидала.

С такой жадностью,от которой по коже бежали мурашки.

Он не хотел отпускать меня. И я… не хотела, чтобы отпускал.

Мы лежали ещё какое-то время — вплетённые друг в друга, согретые остывающим костром, дыхание всё ещё сбитое, но уже спокойное. Шарх перебирал мои волосы, лениво, будто никуда не спешил, и я почти поверила, что он действительно способен забыть о мире ради этого маленького пространства, где есть только мы.

Но ветер сменил направление — и он первым поднял голову.

— Девочка… — протянул он, целуя меня в висок, — я очень не хочу тебя отпускать. Но нам надо обратно в замок. Если хочешь… — он провёл пальцем по моей щеке, задержался на губах, — можешь переночевать у меня.

Я уже кивнула, но он вдруг застыл, моргнул… и лицо его скривилось в гримасе понимания.

— Хотя… — протянул он, и уголки губ легко дёрнулись. — Коул, наверное, с ума сойдёт. Бедняга едва Айса пережил… А может, и не пережил.

Он хмыкнул, довольный тем, как эта мысль его развлекла.

Потом приподнялся, сел, подтянул меня ближе и провёл ладонью вниз по моей спине.

— Моя красавица, — сказал он хрипло, и голос его стал серьёзнее, глубже, чем раньше. — Устроила ты нам такое веселье, что древние хроники позавидовали бы.

Он поднёс мою ладонь к своим губам и поцеловал её.

— Но знаешь что? — он наклонился ко мне чуть ближе, ветер обвил нас обоих. — Я рад. До чёртиков рад. Ты словно лучик солнца в нашей тьме.

Его взгляд стал неожиданно тёплым. Почти нежным. — Я бы всё отдал, — сказал он шёпотом, — лишь бы ты… никогда не угасла.