Книга Попаданка для чудовищ. Без права голоса, страница 79 – Тина Солнечная

Он замер, не ожидая ничего такого, а потом ответил на поцелуй. Его холодные губы теплели под моими, а ледяные руки больше не холодили, гуляя по моей спине. Холод, который просил тепла, мой ледяной мужчина, который жаждал согреться и которого я отчаянно хотела согреть. Я углубила поцелуй, и ледяной воздух между нами наполнился жаром, которого ещё вчера в нём не было. Его пальцы сомкнулись у меня на талии — слабые, но настойчивые, будто он хватался за меня, как за спасительную опору в шторме.

Я прижалась к нему, ощущая, как весь он понемногу отмерзает и согревается. Как его касания становятся уже не такими неуклюжими, как нас обоих захватывает страсть и желание. Его холод проникал в меня, мой свет — в него. Мы дышали одним воздухом, будто наши лёгкие стали общими.

— Катрина… ты… пылаешь… — выдохнул он. — Ты снова призвала свою магию, девочка.

Я не хотела с ним разговаривать. Сейчас мне хотелосьсогреть его. Наши тела слились ближе, чем позволяла бы обычная нежность. Я чувствовала, как тепло из моей груди перетекает в его, как его холод растворяется во мне, как наши метки разгораются всё ярче. Его одежда раздражала мое обнаженное тело. Я потянула за ее края, желая сорвать ее и сбросить. Чтобы ощутить его еще ближе к себе. Так странно, но она просто исчезла, когда я дернула. Будто ее и не было. Я даже посмотрела на пол, но не обнаружила там ничего и не став концентрироваться на этом моменте, вернулась к его губам.

Он застонал, прижимая меня к себе. Его руки прошлись по моим бедрам, сжали обнаженные выпуклости, погладили спину. Я чувствовала, как его член упирается мне в живот и получала массу удовольствия от этого ощущения. Терлась об него, но больше ничего не делала.

Он оторвался от моих губ и резким движением перевернул меня на спину, оказавшись сверху.

— Ты правда хочешь меня, Катрина? После всего, что я о тебе говорил и как с тобой себя вел? — спрашивает нависая надо мной.

Я злюсь. Неужели он хочет сейчас выяснять отношения? Почему сейчас, когда мне хочется совершенно другого общения?

Я раздвигаю бедра пошире и начинаю ерзать, намекая на то, чего я действительно хочу. Он смотрит на меня, проходится ладонью по шее, спускается на ключицу, ласкает пальцами грудь, теребит затвердевший сосок.

— Поверить не могу, что ты… — говорит он, а потом словно меняется в лице. Поджимает губы и хмурится. Качает головой. У него в голове какой-то внутренний диалог, но мне он недоступен. Но я рада, что он не уходит в это состояние “Коул”, а, похоже, ближе к состоянию “Шарх”. Видимо, принимая какое-то решение, он проходится по моему телу совершенно другим взглядом. Мужским, жадным, горящим. А потом склоняется к моим губам, прижимаясь ко мне всем телом и я беззвучно стону, потому что он входит в меня плавным движением, замирает на секунду, а потом сразу же делает новый толчок.

И мы оба срываемся в бездну нашего желания. Это сумасшедший танец, в котором мы двигались навстречу друг другу не как мужчина и женщина, а как две стихии, которые давно были предназначены друг другу.

Это была близость чистая, светлая, мягкая — как первый рассвет после долгой зимы. Как дыхание тепла, растапливающее лёд не силой, а любовью.

Я чувствовала, как его тело оживаетмедленно, но неизбежно. Я становилась его огнём. Он — моей прохладой.