Книга Чародейка по соседству, страница 85 – Елена Эйхен

— Откуда… ты знаешь?

— Потому что я лечила его, — я кивнула на Кристиана. — У него то же самое. Эльфийский яд, ставший проклятием.

Я метнулась к полке. Руки не дрожали. Я точно знала, что делаю. Схватила тёмно-синий флакон — тот самый, усовершенствованный, с добавлением мёда и пыльцы.

— Эмилия, не делай этого! —в голосе Кристиана звучал настоящий ужас. — Они решат, что ты хочешь его отравить!

Я вернулась к Валериусу и протянула ему флакон. Жидкость внутри маслянисто переливалась в свете свечей.

— Это яд, ставший лекарством, — сказала я твёрдо. — Он сделан из ледяных яблок, что растут в саду этого «преступника». Вы считаете его врагом короны, но его сад — единственное, что может спасти вам жизнь. Пейте это перед сном.

Воцарилась мёртвая тишина. Гвардейцы напряглись, их руки легли на эфесы мечей. Отравить Главу Канцелярии — за это полагалась четвертование.

Валериус смотрел на флакон. Потом на меня. Потом на Кристиана, который, несмотря на кандалы, готов был броситься на стражу, чтобы защитить меня.

— Если это отрава, — тихо произнёс Валериус, — ты умрёшь в муках, девочка.

— Если вы не выпьете, вы не доедете до столицы, — парировала я.

В этот миг воздух в лавке снова дрогнул.

Я почувствовала знакомое покалывание на кончиках пальцев.

Дверь была открыта, и порыв ветра ворвался внутрь, взъерошив мои волосы. И там, у самого порога, где Герберт врыл в мёрзлую землю семена, подаренные Хранителем, вспыхнул свет.

Нежно-голубой, призрачный, чистый.

Из-под утоптанной земли пробились ростки. На глазах у изумлённых гвардейцев они вытянулись, сплелись в стебли и раскрылись крупными, сияющими бутонами.

Лунный Цвет расцвёл.

По рядам гвардейцев прошёл испуганный шёпот.

Валериус перевёл взгляд на сияющие цветы. Его лицо дрогнуло.

Затем он решительно вырвал пробку из флакона. Запахло горьким миндалём и морозной свежестью.

Он сделал глоток.

Я стояла, ни жива, ни мертва.

Валериус пошатнулся. Он судорожно вздохнул, схватился за грудь… и вдруг выпрямился. Серость с его лица начала сходить, сменяясь слабым подобием румянца. Дыхание стало глубоким и ровным. Боль, терзавшая его, отступила.

Он посмотрел на свои руки, сжал и разжал кулаки, словно не веря ощущениям.

— Невероятно, — прошептал он.

Затем поднял на меня глаза. В них больше не было угрозы — только холодный расчёт и… уважение.

— Ты спасла Принца этим? — спросил он, кивнув на флакон.

— Ему по-прежнему нужно лечиться, — ответила я.

Валериус помолчал, размышляя. Затем повернулся к своим людям.

— Планы меняются. Она едет с нами.

У меня было пять минут. Всего пять минут, чтобы собрать свою жизнь в одну дорожную сумку и шагнуть в неизвестность.

Я не металась. Страх, который ещё недавно сковывал льдом, выгорел, уступив место холодной ясности.

Сгребла с полки остатки эликсира — того самого, что только что помог нашему палачу. Бросила в сумку пучки сушёной мяты, баночки с мазью от ожогов, чистые бинты. Инструменты. Всё, что может понадобиться, чтобы торговаться хоть с самой смертью за Кристиана. А я не собиралась так просто его отпускать.

Герберт и Элеонора жались в углу, словно напуганные дети. На их лицах застыл ужас — они видели, как заковали Кристиана, и понимали, что мир, который мы с таким трудом построили, снова рушится.

Я застегнула сумку, перекинула ремень через плечо и подошла к ним.