Книга Их любимая кукла, страница 117 – Ольга Островская

Поднимаю взгляд… и сердце останавливается. Крик застревает в горле. Тело мгновенно цепенеет.

Это… этого не может быть. Просто не может. С ещё меньшей вероятностью, чем то, что в открытом космосе могут жить китообразные твари.

На сафе, которую обычно занимает Са-ард, сидит миниатюрная щуплая женщина в бежевом деловом костюме. Длинные чёрные волосы собраны в строгую причёску.

− Мама? – хриплю, хватаясь за горло.

− Здравствуй, дорогая, − улыбается Таисия Чёрная, которой тут ну никак не может быть, грациозно поднимаясь нам навстречу. Выглядя в точности так же, как выглядела, когда мы виделись в последний раз. Когда между нами случилась самая жёсткая ссора.

Я уехала тогда из дому, громко хлопнув дверью. Перед этим заявив, что мне не нужны её деньги, раз она считает, что, обеспечивая мне пропитание, пока я учусь, тем самым покупает полное право распоряжаться моей жизнью во всех аспектах.

С того дня я ни копейки не брала у матери. Искала подработки, жилы рвала, чтобы не вылететь с бюджета в универе и получать свою законную стипендию.

Тем ужасней видеть её сейчас здесь такой. Прекрасно понимая, что это очередной глюк. Что я всё-таки поразительно близка к сумасшествию.

Задохнувшись, я шарахаюсь назад. Налетаю на кого-то. Как в тумане ощущаю стальную хватку мужской руки, обхватившей меня в защитном жесте.

− Это не ты. Это не можешь быть ты, − лихорадочно мотаю головой. – Моя мама на Земле.

Женщина напротив меня недоумённо хмурится, будто моя реакция её озадачивает.

− Если ты сейчас ж-ше не уберёшь эту проекцию, я в течении нескольких минут выброш-ш-шу твоё физическое тело в открытый кос-с-смос,− с ледяной яростью чеканит Са-ард у меня над головой.

− А как же твоя клятва, на-агар? – взгляд, который это существо, принявшее облик моей матери, поднимает на мужчину позади меня, иначе чем научно-исследовательским назвать очень сложно. – Ты так легко нарушишь своё слово?

− Ты тож-ше дала мне клятву, пообеш-щав, что не причиниш-ш-шь вреда никому из экипажа моего корабля. Сейчас ты это слово наруш-ш-шаешь, причиняя вред психике Ж-шени. Если продолжишь, с-с-снимешь с меня все обязательства перед тобой.

Экипажа? Он причислил меня к экипажу своего корабля? Неожиданно. И приятно.

Вот только… Постойте!

− Чарпатчхе, это ты?! – восклицаю я в полном шоке.

− Я, − слышу голос, звенящий, кажется, отовсюду. Тогда как фигура моей мамы вдруг начинает таять. – Извини, Женя. Я не хотела тебя… травмировать.

− Но… но почему именно образ моей мамы? – нервно взмахиваю руками, чуть не вышибая поднос из рук мрачного Шоа-дара, застывшего плечом к плечу рядом с братом.

− Этот женский образ чаще всего появлялся в твоей памяти, пока ты не закрыла от меня свой разум, − поясняет теперь уже бестелесный голос. – Мне показалось, что тебе может быть приятно, если я приму именно такой облик.

− Тебе показалось, − роняю гневно.

− Тогда… − пространство перед нами опять визуально сгущается и посреди комнаты возникает новая женская фигура. – Так лучше?

Теперь перед нами стоит моя соседка по комнате и заодно косвенная причина всех моих космических злоключений – та самая Танька, которая потащила меня на гулянку к друзьям на дачу.

С учётом того, что в соседки мне досталась настоящая блондинистая красотка, хорошо знающая себе цену и умело этим пользующуюся, то для меня весьма сомнительное счастье видеть её здесь рядом с моими мужчинами. Даже осознавая, что она ненастоящая. Я сейчас как бы тоже, не совсем я.