Книга Наложница повелителя демонов, страница 66 – Елена Белильщикова

– Может, не лечить? Оно пройдет! Всегда сходило само! – пискнул Юн, поджимая порезанную ногу, которая, к счастью, уже не кровила без перевязки.

На лице расцвела улыбка. Так красиво выглядел худенький Юн в этих темных летящих одеждах. Будто и забылись все ужасы: следы на хрупком теле, голод, боль.

– Ты очень красивый, Юн, – потрепал Ксиан по макушке Юна и снова строго похлопал по своему колену, требуя послушания. – Что за упрямый вредный котенок? Юн, не капризничай. Иди сюда. Я полечу, и следы сойдут быстрее. И болеть перестанет. Еще ногу перевязать надо.

Ксиан угрожающе позвенел флакончиками с мазями и зельями, пытаясь не смотреть на умильную мордочку Юна. Хитрая лисица он.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Снимай верх и не жмись, я должен везде осмотреть, чтобы ничего не пропустить, – скомандовал Ксиан. – Сильно щипать не будет!

Юн засопел недовольно, переминаясь на носочках. Становиться было больно, но щипало, он же помнил! Но Юн медленно стянул халат, ложась на диван, на живот, и прикусывая костяшку большого пальца. Даже прижмурился, словно его не лечить будут, а наказывать. И сжался всем телом, ожидая, что непременно будет больно!

В том, что Юн – королева драмы, Ксиан убедился окончательно после его представления. Он с таким видом пришел на диван, будто пригнали на плаху! Все-таки нужно было позвать Леану, женщины, говорят, лучше управляются с детскими капризами.

– Палка была не тяжелая, ничего мне не повредили, – капризно пискнул Юн. – А камнем Бэй всего лишь по плечу попал, нестрашно! Когда я в сарае задержался и не успел ему сварить рис.

Юн повел плечом, на лопатке осталась небольшая ссадина с уже подсохшей корочкой. Была у Бэя привычка швыряться всем, что под руку попадет. А если кто-то пробовал вступиться, он говорил, что если случайно расшибет дармоеду голову, невелика и потеря.

Ксиан взял один из флакончиков, когда услышал детский голосок. Говорящий так спокойно про палку и про камень… Дзынь! Ксиан все-таки не выдержал. Так сильно сжал хрустальный флакончик в руке, что тот брызнул по сторонам осколками хрусталя. Еще и порезался, черт!

– Извини, малыш, я сейчас, – сумрачно проговорил Ксиан, мысленно придумывая кары на голову ненавистного Бея, виновника всех бед Юна.

Масло с ароматом лаванды сделало на пушистом ковре лужицу, еще и обляпало все ханьфу. Ксиан перетянул ладонь платком и возблагодарил всех демонов ада за то, что пострадала его левая рука. Юн что-то пискнул и дернулся, но он только рыкнул:

– Лежать!

Тяжелая ладонь легла на поясницу, надежно фиксируя Юна на месте. Не давая шевелиться.

– Больно не будет, – в сотый раз терпеливо объяснил Ксиан, достав второй флакон, на этот раз с заживляющей и согревающей мазью от синяков.

Ксиан принялся тонким слоем наносить мазь на хрупкие птичьи косточки Юна. Перевязать бы мальца, а то весь запачкается… но на новый акт «королевы драмы» Ксиан готов не был. Ну его, все это, выбросит его измазанное ханьфу потом и наденет на него новое!

– А сейчас будетщипать… Да не трогай же ты! – в отчаянии выкрикнул Ксиан, когда Юн, естественно, полез руками, хвала древним демонам, хотя бы чистыми, и сковырнул ранку.

Теперь заструилась кровь. Ксиан обреченно покачал головой. Его рука уже выпачкала платок в алое, Юн выглядел так, словно раненый воин из поля боя… Нет, все-таки хорошо, что Ксиан Леану не позвал. Она в обморок упала бы от этого зрелища.