Книга Отвратительная семерка, страница 117 – Майя Яворская

– Отлично! Тогда минус четыре, – произвел калькуляцию Самойлов.

– А с остальными что делать? У нас еще остаются Юля и сосед Мотя.

– С остальными вот что, – Кузьмич поудобнее устроился на подушках и торжественно произнес: – я не только пересмотрел концепцию. Но еще и подправил ее в плане мотивации. После чего у меня в голове что-то щелкнуло.

– И давно?

– Буквально полчаса назад.

– Какой интересный побочный эффект от перелома ноги.

– Фофа, прекрати, – одернула Кира. – И что там изменилось в плане мотивации?

– Абсолютно все, – не обращая внимания на их перепалку, стал излагать Кузьмич. – Изначально она основывалась на том, что жертвой стал человек исключительно конфликтный. За несколько дней мы стали свидетелями нескольких его стычек с соседями и родственниками. Поэтому решили, что искать убийцу надо именно среди них. А почему мы так решили?

– Наверное, потому что они сами, мягко говоря, не самые приятные люди, – предположила Кира.

– Именно! Как Музалевский, так и наши шестеро подозреваемых исключительно неприятные персонажи.

– Мы забыли еще про дядьку со свиными головами. У нас семь подозреваемых, а не шесть, – поправила Самойлова.

– Отвратительная семерка, – усмехнулся Кирилл.

– Именно-именно, – подтвердил Кузьмич. – Но чтобы понять, кто же на самом деле его убил, надо было смотреть не на них, а на убитого.

– В каком смысле? – решила уточнить Кира.

– Я понял, что хотел сказать Кузьмич, – просиял ее брат. – То, что для Музы скандал считался привычной формой коммуникации с социумом, это понятно. Так было, видимо, всегда. И не только с этими людьми. Если поискать и поспрашивать, то наберется еще человек двадцать. Но в последнее время произошло какое-то событие, после чего его решили убить.

– Но мы же не знаем, что произошло, – пожала плечами сестра. – О таких вещах только у его детей можно выяснить.

– Да? А ты включи картинку в голове. Что изменилось у Миши в жизни?

– Да кто его знает? Ну стройку затеял масштабную, больше ничего в голову не приходит.

– Именно! – обрадовался Кирилл.

– Погоди, ты хочешь сказать, только из-за того, что он собрался построить себе новый дом?

– Не так примитивно. Смотри шире.

– Погоди.

Кира села прямо и уставилась в стену. Кузьмич и Кирилл решили ей не мешать и наслаждались звуком скрипящих извилин.

– Получается так, – медленно начала размышлять вслух Самойлова, – дядька на пенсии надумал устроить грандиозную стройку, в то время как его дети бились за то, чтобы он дал им возможность разменять квартиру или купить жилье на деньги от продажи монет. Но он им не разрешил, а сам в это время, судя по всему, что-то продал из коллекции. Иначе откуда у него деньги?

– Тепло, – кивнул Кузьмич.

– Тогда нам надо искать убийцу среди тех, кто получает прямую материальную выгоду от смерти Музалевского.

– Еще теплее.

– Это человек или люди, которые задергались именно в тот момент, когда Муза распечатал кубышку.

– Умница!

– Спасибо.

– И еще один аргумент в пользу моей версии. Демонстративность. Убить в лесу или убить на кладбище, а затем оттащить тело в лес убийцу не устраивало. Даже просто ударить ножом и бросить тело в кусты не подходило. Кто его знает, когда бы нашли. Кладбище маленькое, деревенское. Народу здесь бывает мало. Когда еще заметят, неизвестно. А он хотел, чтобы нашли сразу. Поэтому и шел на риск. Значит, подгорало.