Книга Отвратительная семерка, страница 50 – Майя Яворская

Кира с приятелем устроились на кухне. Ратай и Кирилл еще не вернулись, а для появления Зины было рано. Так что разговору ничего не мешало.

– Ну и? Какие идеи? – начала Самойлова.

– Пока никаких, – флегматично пожал плечами Кузьмич.

– А у меня есть. Ночью Музе били стекла.

– Да? Я ничего не слышал.

– Еще бы! Вы втроем так храпели.

– С кем?

– Как с кем? С Чиком и Пипой. У вас там прямо клуб по интересам организовался.

– Странно. Ну ладно. А со стеклами что? Я не понял.

– Судя по звукам, разбили ему два окна. Я на балкон выглянула, но темно было. Вроде какая-то фигура мелькнула, но не точно. Муза выскочил с фонариком уже позже меня. Естественно, тоже никого не нашел. Соседи попросыпались, поорали и снова улеглись. Вот и все.

– И какая же у тебя идея?

– Я думаю, этот человек и бил. Свиные головы закончились, и он сменил тактику.

– Интересно… Кстати о головах. Ты правильно заметила, насчет закончились. Я тоже подумал, откуда у человека может быть столько свиней, чтобы резать по две в день?

– Можно покупать на рынке.

– Вариант. Тогда надо выяснить, где этот рынок и где этот продавец. Может, он что-то знает.

– Не проблема. Вот это как раз узнать просто. Ну так что ты думаешь про мою версию?

– Слабовата.

– Почему?

– У нас-то в доме все стекла целы. И головы на парковке нет.

– Да… Я чего-то не подумала, – Кира явно огорчилась.

– Не расстраивайся. Завтра опять в кустах заляжем. Тогда будет о чем поговорить.

После завтрака Кузьмич напялил свой дурацкий берет, подхватил этюдник и опять убежал на поле. Самойлова тоже начала входить в ритм деревенской жизни, ей понравилось встречать новый день на балконе. И сейчас она заняла свой наблюдательный пост в предвкушении очередной серии мыльной оперы под названием «Муза на даче».

Однако все выглядело на удивление спокойно. Соседа на участке не было видно, хотя машина и стояла во дворе. По улице опять прошмыгнула старушка с вилами под мышкой и собакой на поводке. А больше ничего не происходило. Вообще ничего.

«Любопытно, куда это она постоянно ходит с вилами? Ворошить стог сена? У нее что, есть корова или коза? Странная бабуля, надо будет о ней спросить кого-нибудь», – размышляла Кира.

Она просидела полчаса, но картинка не менялась. От нечего делать Самойлова стала внимательно рассматривать улицу, дома, участки вокруг. Но глаз ни за что интересное не зацепился: парники, сараи да деревенские сортиры в окружении яблонь.

Стало скучно, и Самойлова решила сходить еще раз в лес за грибами. Все равно делать было абсолютно нечего.

Кузьмич, как всегда, рисовал на своем месте. Кира сначала решила подойти к нему и поболтать, но потом передумала. Все уже обсудили за завтраком, а новостей за это время не прибавилось. Поэтому только помахала рукой в знак приветствия.

Но не успела она пройти мимо него и двадцати шагов, как услышала со стороны кладбища сначала женский крик, а потом еще несколько громких голосов. Это произошло совершенно неожиданно. Казалось, что в округе, кроме нее, Кузьмича и собак, никого не было.

Кира обернулась и удивленно посмотрела на приятеля. Тот тоже услышал вопли и, бросив этюдник, уже спешил к ней.

К тому месту, откуда доносился шум, они подошли вместе. Совсем рядом со стенами церкви начинались могильные ограды, одна из которых была в виде довольно высоких острых пик. Возле нее собралась небольшая толпа.