Книга Рыцари и ангелы, страница 36 – Майя Яворская

Обычно супруги все время проводили в своей комнате, чтобы лишний раз не встречаться с Клавдией Михайловной в местах общего пользования. Аккуратно выползали на кухню только когда слышали, что грохот кастрюль на плите стих. А стихал он только поздним вечером. Оставалось совершенно непонятно, что эта женщина постоянно готовит? Если же голод давал о себе знать слишком сильно, они набирались окаянства просочиться к холодильнику в период короткого затишья перед очередным этапом готовки, когда дверь в комнату мамы ненадолго закрывалась. При этом очень сильно рисковали, потому что слух у ведьмы был отличный. Обычно, поймав их за подобной вылазкой, она появлялась на пороге кухни с нездоровым блеском в глазах и заявляла что-то наподобие: «Я продам свою долю в квартире, а к вам сюда подселю двадцать восемь гастарбайтеров». После этого она делала паузу, чтобы насладиться эффектом. Крыть квартирантам, как она их называла, было нечем. В принципе, дочь с зятем могли ответить тем же, но им почему-то это даже в голову не приходило. Чтобы не впитывать очередную порцию гадостей, они предпочитали молча ретироваться. Если желаемой реакции по какой-то причине не следовало, Клавдия Михайловна переходила на личности. «Исчадье ада!» – реплика предназначалась зятю, «Он будет бить тебе морду!» – а эта уже дочери. Защищаться было бессмысленно и опасно, в голову мог полететь какой-нибудь увесистый предмет.

В тот день все было по обычному сценарию.

– Мразь! – услышал истошный вопль тещи Креп, закрывая дверь в комнату.

– Тата, так жить просто невозможно! Ты прости меня, конечно, но твоя мать – ведьма.

– Знаю, – со вздохом согласилась жена. – Можешь не извиняться. И чего она завелась на этот раз?

– Просто попросил не выливать прокисший суп в раковину. Она, естественно, засорилась. Пришлось разбирать трубу и вычищать все руками.

– Ты бессмертный?! – в глазах жены засветилась гордость за мужа.

– Гаденыш! – надрывалась в коридоре ее мама.

– Весь ужас в том, что надо валить из этого дома, а валить некуда. Дача – не вариант, тебе тогда придется вставать в пять утра. Ипотеку ни мне, ни тебе не дадут.

– Давай тогда снимем квартиру.

– Тата, ну ты же все знаешь, у меня заработки случайные, нестабильные. Да и у тебя тоже. В этом месяце деньги есть, а в следующем их может не быть. Чем тогда платить? Если мы уйдем, а потом вернемся, станет еще хуже.

– Можно попробовать сначала отложить, а потом уже снять. Чтобы была заначка на черный день.

– Ну хорошо. Можно, конечно, и так. Но всю жизнь снимать тоже плохая идея. Мы ребенка хотели родить. Куда мы его принесем, в съемную квартиру?

– Ну и что, пусть так. Зато без мамы.

– Да уж, без твоей мамы даже на помойке – санаторий. Но все же мне этот вариант не очень нравится.

– Гнида! Будь ты проклят! – вопила теща так, что ее уже было слышно на улице.

– Тогда найди клад! – усмехнулась Тата.

– Ага. Сейчас только за лопатой мимо нее прошмыгну, – показал на дверь Креп.

– Да нет, я серьезно. Я же рассказывала.

– Что рассказывала?

– Про бюро моей прабабушки, в котором тайник с драгоценностями.

– Тата, не смеши! Ты взрослая женщина. Как ты можешь верить в такую чушь?

– Почему чушь? – слегка обиженно вскинула брови супруга.

– Да потому, что тайники с сокровищами бывают только в низкопробных фильмах, – Роман посмотрел на нее так, будто Тата призналась, что верит в Деда Мороза.