Онлайн книга «Рыцари и ангелы»
|
– Ты – подонок! – сообщила она тоном оракула. – Да ладно вам, Клавдия Михайловна, – миролюбиво отреагировал зять. – Пивка не желаете? Ведьма от неожиданности зависла. Сломался шаблон, согласно которому она нападала, а все окружающие начинали прятаться в норки. Какое-то время она молча гремела кастрюльками, пытаясь их насмерть вколотить в варочную панель, и обдумывала план следующей атаки. – Ты живешь с Татой только из-за квартиры! – поделилась она своим прозрением. – Конечно! У нее же нет других достоинств, – согласился покорный зять. – Не молода и замужем до меня уже побывала. Третий сорт – не брак. Теща опять взяла паузу. Сняв с плиты три кастрюльки, она поставила две сковородки, достала из морозильника кусок чего-то на вид малосъедобного. Разогрев одну из сковородок, она налила растительное масло и бросила на него замороженное нечто, отчего горячие брызги разлетелись по всей кухне. Крупная капля обожгла ей руку и привела в чувства, активировав речевые центры в головном мозге. – Ты пропишешься в нашей квартире, а потом сдашь меня в дом престарелых! – возвестила она с таким видом, будто ей открылась сакральная истина. – А куда же вас еще? – искренне удивился Креп. Все остальное время, что она провела на кухне, прошло в тишине. Чад стлался по помещению сизыми слоями, открытое окно не спасало. Он выедал глаза, от него першило в горле и регулярно возникали позывы на рвоту, но Креп держался. Только после того, как утомленная теща отправилась к себе в комнату на диван зализывать раны от проигранной психологической битвы, Роман удалился. Эффект оказался сокрушительный. Он даже мечтать о таком не мог. Теща вдруг как-то погасла и съежилась. Нет, не надо думать, что она смирилась и полюбила зятя. Она, наверное, стала ненавидеть его даже сильнее, если такое вообще возможно. Но топоры над головой свистеть перестали. Пользуясь затишьем, Креп стал наводить мосты. Как-то помог донести тяжелую сумку с продуктами, потом спросил совета по выведению пятен, после этого починил и почистил пульт от телевизора. Теща подозрительно косилась на него, но молчала. Выбрав момент, когда она была в относительно благодушном настроении, Креп решил попытать удачу. – Скажите, Клавдия Михайловна, вы же раньше на Неглинной жили? – начал он беззаботно. – На Сретенке. А тебе зачем? – Отлично! – искренне обрадовался Роман. – Чего тут отличного жить в коммуналке? – А… Я не знал. Но все равно здорово, исторический центр Москвы и все такое. Повезло, что именно там. Мы как раз с приятелем поспорили… – начал импровизировать он. – О чем? – Я говорю, что Сретенка раньше была торгово-ремесленной улицей. На фасадах витрины магазинов, в переулках мастерские и склады. Там красивых домов не было, знать там не селилась. Поэтому правильно, что старые дома сносят. А он утверждает, что красивых старинных зданий там полно и их надо сделать памятниками культурного наследия, а не сносить. – Много ты понимаешь. Тоже мне историк-искусствовед хренов. – А что, не так? – решил не обращать внимание на оскорбление Креп. – Я в интернете про эти места много читал. – Ты читал, а я там жила. Не на самой Сретенке, правда, а в переулках. Но и там полно красивых домов было. Вот мы, например, жили в трехэтажном особняке – потолки высокие, окна большие, на фасаде колонны, лепнина, эркер, а подъезд какой красивый, ты бы видел! Не то что теперь коробки из бетона строят, с души воротит. |