Книга Дети Зазеркалья, страница 112 – Варвара Кислинская

— Он всегда любил все новое, — улыбается эльфийка. — Наверняка сумел получить удовольствие от своей ссылки.

— Ссылки?! — видно лицо у меня меняется настолько, что Ристион спешит сменить тему.

— А магия? — быстро спрашивает он. — Я слышал, в том мире она не развита. Вы случайно не знаете, леди Маргарита, сумел ли Вел стабилизировать свои способности?

Перевожу дух и благодарно улыбаюсь эльфу. Карандаш летает по бумаге, лицо Ристиона уже приобретает законченные очертания. А я с ужасом понимаю, что рисовать Чиколиату мне совершенно не хочется. И кто меня за язык тянул с предложениями?!

— Стабилизировать? — переспрашиваю, просто, чтобы не молчать. Хотя, вопроса я на самом деле не поняла.

— Наша родовая магия, магия голоса, — поясняет эльф. — Это геном. У разных представителей рода он проявляется с разными акцентами, но поначалу всегда стихийно. Вел… — он вдруг умолкает, косится на супругу, но вздохнув,продолжает: — Мой сын провел много времени вне семьи. Даже вне общества эльфов. Важного в становлении личности времени. Его способности проявлялись спонтанно и нестабильно до самого его ухода…

— Да, я знаю, — мягко останавливаю Ристиона, видя, как тяжело даются ему слова.

— Вел рассказывал вам? — удивляется он.

— Не мне. Моей внучке.

— Вела воспитывал дракон?! — я пыталась совместить свое представление о таинственных крылатых гигантах с отшельничеством и зеленоглазым эльфенком. Не совмещалось. Даже закралось нехорошее предположение, что Велкалион вдохновенно вешал лапшу на уши Гретхен. Но, судя по тому, как серьезно она сама отнеслась к его рассказу, у внучки оснований для сомнения не возникло.

— Поэтому он считает себя неправильным эльфом. Уродом, — кивнула она. — Ба, а это правда, что мы, эльфы, нетерпимы к другим расам?

— Мы, эльфы, выросшие в том мире, очень даже терпимы, — усмехнулась я. — А вот среди местных папуасов Вел — редкое исключение.

— А Кант? — поспешила выяснить внучка.

— Кант и Зантар — тем более. Они полукровки.

— Да, я слышала… — Гретхен задумалась, но я не позволила ей снова погрязнуть в комплексах. Слишком уж она разбередила мое любопытство.

— Рассказывай дальше, — потребовала я…

И она рассказала.

— Гретхен, а Вел ничего не говорил о магии своего наставника? Ну, дракона? — магия драконов считается одной из величайших загадок мира. Теоретики спорят о ней с начала времен. А сами рептилии только усмехаются и никому ничего не рассказывают. Вопрос всплыл потому, что незадолго до того Хан прочел мне целую лекцию на эту тему, когда я поинтересовалась о чем-то на счет Гурга.

— По поводу драконьей магии он ничего не говорил, а вот его собственная… Это, я тебе доложу… В Перу горы дрожали от его голоса и, кажется, каждая тварь поднебесная согласна была сделать то, о чем он просит.

— Да, голос у него… — я улыбнулась, вспоминая, как все умилялись любой его речи.

— Кого хочешь, что хочешь, заставить сделать может.

— Да так уж и, что хочешь, — недоверчиво покосилась я на нее, но Гретхен вдруг покраснела и отвернулась.

— Эй! — испугалась я. — Он что, своей магией заставлял тебя делать то, что ты не хотела?

— Да, нет, просто он продемонстрировал, какое сексуальное воздействие может оказывать магия голоса, —промямлила Рита и покраснела еще сильнее.

— Что, контролировать научился? — прошипела я, почувствовав, как к горлу подкатила давняя злость. Впрочем, она тут же прошла, уступая место чему-то теплому и смешливому. — Ну и славно, что научился, значит, я его убивать не буду.