Книга Под знаком снежной совы, страница 61 – Анна Осокина

Дожевала остатки сыра и принялась неторопливыми маленькими глотками расправляться с терпкой жидкостью.

— Что ж, ты права, я действительно из Минска, — сделала паузу, прикидывая, что могу рассказать своей спасительнице, а что лучше оставить при себе. — Ищу тут одного человека…

Глаза Тоси сразу загорелись.

— Я многих здесь знаю!

Я смутилась. Девушка мне нравилась, но почему-то не хотелось бы узнать, что пан Тадеуш — завсегдатай такого заведения. Слишком чистый образ этого человека сложился у меня в голове. Каким-то необъяснимым способом собеседница понимала все, о чем я думала.

— Да не в этом смысле! Человеку не обязательно быть для этого в моей постели или кого-то из девочек этого дома. Но мы действительно много знаем о многих. Пьяные мужчины бывают так болтливы!

Она и сама уже была не совсем трезва. В другой день я, возможно, и осудила бы это, но сейчас вино ударило и в мою голову. На душе наконец-то потеплело. И это не та абсолютная пустота, которая появлялась от чертовой настойки. Мне просто стало уютно. Вот так, с незнакомой женщиной, в чужом городе, в совершенно неприличном месте. Какая ирония. Там, куда иные приходили пестовать тело, я услаждала душу.

— Ладно, — я старалась не сильно растягивать губы в улыбке, но они сами расходились. — Ты слышала о пане Тадеуше Сковронском?

Девушка прищурилась.

— Уж не тот ли это старик, который на краю леса живет?

— Ну… Не старик он вовсе. Но да, думаю, речь о нем.

Я оживилась. Неужели и она что-то может знать?

Залпом допив остатки вина, она поставила стакан на поднос и наклонилась к самому моему уху, прошептав:

— Поговаривают, что он колдун, — Тося хихикнула. Ее дыхание было теплым, а от кожи и волос пахло чем-то сладко-цветочным.

Вино развязало мне язык. Я так же шепотом в ее ухо сказала:

— И они правы!

Глаза собеседницы расширились, грудь быстро вздымалась и опускалась.

— Правда? Настоящий? А что он умеет?

Сейчас она проходила на маленькую любопытную девочку.

— Ну-у, — снова задумалась, о чем могу рассказать. — Может огонь наколдовать. По щелчку пальцев.

— Вот диво дивное! Вот бы мне хоть глазком увидеть!Так я не поняла, если ты его ищешь, почему не в поместье?

— Пропал он, Тосенька.

— А ты его… кто?

Кажется, о тактичности эта панна и слыхом не слыхивала.

— Это трудно объяснить. Я его гостья. Он помогает мне…

— Антонина! — услышали мы громогласный голос в коридоре. Он приближался.

Хозяйка комнаты на миг испуганно распахнула веки.

* * *

— Это мадам Роза, хозяйка, нужно открыть.

— Что здесь происходит? — на меня строго глядела высокая худощавая женщина средних лет с замысловатой прической, искусно закрученной из светлых волос. Вопреки ожиданиям, одежда хозяйки сего заведения была довольно строгая, хотя и модная: деловой костюм из темно-серого велюра, состоявший из жакета и юбки в пол.

— Мадам, это панна Августа. Ее ограбили, и ей негде переночевать, — сразу выложила все карты Тося.

— У меня здесь не приют для бездомных! — женщина нетерпеливо постучала носком дорогой туфли по полу.

— Но это всего на одну ночь! — в голосе моей благодетельницы послышались нотки мольбы.

Хозяйка нахмурились, пожевала губы и сказала:

— Ладно, но к обеду ее быть здесь не должно!

— Все, выдохни, — похлопала Тося по плечу. — Она бы тебя не выгнала. Мадам Роза только делает вид, что строгая. На самом деле у нее большое сердце. В отличие от… — Тося встрепенулись и замолчала.