Онлайн книга «Шлейф сандала»
|
— Что, неприятна я тебе? — женщина исподлобья взглянула на дочь, поправляя серого цвета чепец. — Брезгуешь? — Нет, — спокойно ответила Минодора. — Вам ведь самой легче будет после мытья. В чистое переоденетесь, и дышать свободнее станете. — Все опосля! Нужно бежать Бориса спасать, — матушка схватила Дору за руку. — Иди в полицию, скажи, что он ни в чем не виноват. Что оговорили его да обманули! В ножки падай, валяйся, но брата вызволи! — Не виноват, значит, отпустят, — твердо сказала девушка, освобождая руку из цепких материнских пальцев. — Никуда я не пойду. И валяться ни у кого в ногах не буду. — Да как же так? Он ведь брат тебе! — всхлипнула Степанида Пантелеймоновна. — Родные вы! Держаться должны друг друга! — Вы тоже с Борисом родные, только вот он не погнушался вам руку сломать, матушка, — Дора нахмурилась, давая понять, что не собирается идти на поводу родительницы. — Как это случилось? Не поведаете? Может, Борис хотел у вас драгоценности отобрать? Так дело было? — Это кто тебе такое сказал?! — матушка покраснела от злости. — Кто наплёл?! — Слуга и сказал, которого вы сюда прислали, — ответила Дора, чувствуя, как в ней начинает закипать раздражение. — До чего людей довели! Совести у вашего Бориса нет! — Я Герасиму приказала, чтобы он тебя привез! Кто-то ведь должен был разогнать неприятных личностей, что Бориса оморочили! — возмущенно прошипела Степанида Пантелеймоновна. — А он чего сдуру наплел?! — Так, по-вашему, это я должна была разогнать притон, который Борис устроил?! — брови Минодоры взлетели вверх. — Я? В положении?! — А кто тебе виноват,что ты ноги раздвинула, непонятно перед кем? — огрызнулась матушка. — Ты вообще молчать должна с таким-то позором! Борис слабый духом, мягкий душевно. Вот его вокруг пальца и обвели! Понимать нужно! А у тебя только одно на уме! — И контрабандистов в своем доме он привечал из-за душевной мягкости? — ледяным голосом поинтересовалась Дора. — Деньги у них брал по слабости духа? Так, маменька? — Неправда это! — вскинулась Степанида Пантелеймоновна. — Неправда! Не смей на брата наговаривать! Не бери грех на душу! — А теперь послушайте меня, матушка, — девушка медленно склонилась над ней. — Вы мне более указывать не будете. Здесь я хозяйка. И дому, и жизни своей госпожа. Виноват Борис, значит, по закону ответит. И ребенка я жду от любимого человека, с которым венчаться собираюсь. Ежели для вас это позор, то вы всегда можете вернуться в усадьбу, где будете доживать отмерянные вам годы в тишине да покое. Это понятно? Все время, пока Минодора говорила, Степанида Пантелеймоновна все больше отодвигалась от дочери с испуганным лицом. На последнем слове женщина закивала головой, бледнея на глазах. Ее глаза стали огромными от страха и наполнились слезами. — Пойду распоряжусь, чтобы баню истопили. Да за доктором пошлю, — Дора выпрямилась. — Отдыхайте, матушка. Девушка вышла из комнаты и прижалась спиной к стене. Она прикрыла глаза, стараясь успокоиться. — Ничего, матушка… скоро вы поймете, что на Дору как залезешь, так и слезешь, — усмехнулась Минодора. — Я с вами нянчиться не буду. Она спустилась вниз, сделала все распоряжения, а потом нашла Герасима. — Отправляйся завтра обратно. Скажи всем, что теперь я буду заниматься делами усадьбы. Пусть приведут все в порядок и больше ничего не боятся, — сказала ему Дора. — Мы с мужем приедем в понедельник. |