Книга Шлейф сандала, страница 258 – Анна Лерн

Вопреки всем опасениям церемония прошла отлично и вскоре мы поздравляли молодых под звон церковных колоколов. Минодора обрела счастье, став супругой замечательного человека.

Домой процессия возвращалась под веселые песни да шутливые пожелания, которые выкрикивали прохожие. Слуги сыпали перед свадебным поездом цветы, испускающие горький осенний аромат и у меня на душе было светло как никогда.

Из церкви новобрачных встречала Степанида Пантелеймоновна с иконой, так как отца у Минодоры, увы, не было. Она благословила их, а потом, передав икону слуге, взяла у Фени хлеб-соль. Молодые поклонились матушке и по очереди трижды поцеловали. На ее каменном лице ни разу не появилась улыбка, а в глазах даже капельки радости за дочь не промелькнуло. Было такое ощущение, будто она пришла на отпевание.Не хватало лишь черного чепца в знак траура.

— Ворона старая, — прошептал Прошка, опасливо поглядывая снизу на Степаниду Пантелеймоновну. — Ажно боязно! Отвернешься, а она тебя в темечко клюнет!

— Нельзя так говорить! — шикнула я на него. — Некрасиво это!

— А Васильевну с таким лицом благословлять красиво? — не унимался Прохор. — Она воначки какая красавица у нас! Глаз не отвесть! Я сегодня в церкви слышал как Павлушка Колодников матушке своей жалился! Мол, жаль, что он сам на Дорке не женился. Похорошела, говорит, страсть! Павлушка даже согласен был и водовку терпеть! Это он о чем, а Еленочка Федоровна?

— Да кто ж его знает, — пожала я плечами, вспоминая историю с пьяной Минодорой. Мои губы растянулись в улыбке. — Напридумывал себе что-то, Павлуша этот.

— Я тоже так подумал, — кивнул Прошка. — Васильевна разве припивает у нас? Незамечена.

Моя улыбка стала шире. Сегодня меня ждал насыщенный день. Особенно в плане перлов Прохора. Но это как раз и было одно из удовольствий.

На следующий день после свадьбы мы с Минодорой отправились на фабрику. Моя деятельная подруга не собиралась тратить время на какие-то там медовые месяцы и иже с ними. Ей, как и мне, хотелось двигаться вперед. Благо, что здоровье позволяло. Дору не мучил токсикоз, она не теряла сознание и вообще выглядела огурцом. Ее крепости можно было только позавидовать.

С нами поехал граф, которому очень хотелось посмотреть на то, что мы затеяли. Я, естественно, не была против: мне нравилось проводить с ним время, слушать его. Павел Васильевич был очень умен и всегда давал дельные советы.

Нам нужно было обсудить с управляющим поездку в Англию. А еще я хотела осмотреть помещение под будущее производство парфюмерии. Тем более мне скоро предстояло предоставить весь бизнес-план в министерство. Я почему-то ни минуты не сомневалась, что мое прошение одобрят и там.

А природа уже готовилась к наступлению зимы… Оставшиеся на деревьях листья потеряли свою осеннюю яркость, и лишь ели да сосны радовали глаз сочной зеленью. На гроздьях пылающей рябины темнели стайки дроздов. В воздухе пахло сыростью и промозглостью, но мне это даже нравилось. Уже хотелось свежести первых морозцев и звенящего хрустального воздуха.

Савва Федулович пришел в восторг оттого, что поездка в Англию все-таки состоится. Он представил нам своего помощника, который должен был взять на себя все обязанности управляющего, и ответственно заявил, что это очень способный молодой человек. Степану Артамоновичу на вид было лет тридцать. Он носил очки, которые постоянно протирал помятым платочком, а за ухом у него торчал обгрызенный карандаш. Взъерошенные волосы помощника торчали в разные стороны, но, похоже, это никак его не волновало. Он действительно находился в курсе всех дел на фабрике и мог ответить на все вопросы, которые задавал ему Павел Васильевич.