Книга Шлейф сандала, страница 88 – Анна Лерн

Конечно, когда-то в моей жизни появится мужчина, но он должен относиться ко мне с уважением и всей серьезностью. Репутация очень хрупкая вещь. Если разрушить ее, то восстановить практически невозможно. А еще мне не нужно было лишнее внимание к моей персоне. Я и так скольжу по хрупкому льду. Неизвестно, как обстоят дела с поисками. Меня ведь сто процентов ищут мачеха со своим тухлым сынком Николя!

Единственное, что могло стать проблемой, так это настойчивость Давида. Кавказские мужчины горячие, они не приемлют отказа, стараясь добиться своего различными способами.

Махмуд тому доказательство. Это Дракула в исполнении Герри Олдмана! Уверенный в себе, настойчивый, а как он мог себя подать! Закачаешься! Вот тот самый тестостерон, который из них прет с мощью лавины и привлекает женщин. Мы видим перед собой самца, который знает, чего хочет, который сильнее других. А это очень подкупает, особенно когда ты сама «асфальтовый каток».

Пусть наши отношения с Махмудом начались не с того, что он изначально ожидал, да и вообще моя персона не рассматривалась им на предмет влюбленности. Но я все равно впечатлилась мощным парнем с суровой внешностью. Они с другом сидели в кафе, куда нас занесло с подругой. Кристина, в отличие от меня была длинноногой блондинкой с осиной талией, поэтому все внимание было приковано к ней. Меня это не особо обижало. Во-первых, я привыкла, а во-вторых, как-то не особо стремилась к отношениям. И вот тут началось… Кавказские комплименты выплескивались, будто из рога изобилия. Причем их креативность зашкаливала. «Сэрдцэ в осколки, инфаркт от тебя принял!», «Нэ-эт, ты не чудо, а чудэса на виражах!», «Нефертити с конкрэтной такой буквы», «Афродита рядом с тобойкальян не нюхала!».

Когда мы собрались уходить, Махмуд последовал за нами и попытался схватить Кристину за руку. Ну, я и провела бросок через бедро с захватом шеи двумя руками. Девочка я была немаленькая, мягко сказать, да и эффект неожиданности опять же… После этого Махмуд посмотрел на меня другими глазами. Случилась любовь с первого взгляда.

Он не выпрашивал моего внимания, не уговаривал сходить на свидание, просто прямо сказал, как будут развиваться события. Махмуд обезоружил меня. Я в первый раз в жизни почувствовала себя женщиной.

Вот в этом и была основная опасность. Никаких горцев! Нужно пресекать все попытки поползновения в мою сторону!

Я тяжело вздохнула. Но хорош ведь, подлец! Как хорош!

— А чего это вы так на него посмотрели, будто сейчас отоварите? — Прошка заглянул мне в глаза. — Обидел он вас, поди, чем?

— Тебе показалось. Мы просто поговорили, — ответила я, решив, что нужно выбросить из головы этого ценителя Хванчкары. Или что они там пили в это время? — Этот человек помог нам, когда мы ехали сюда.

— А-а-а-а… — протянул Прошка. — Видно, что из благородных… А глазища — как сажа в печи! Глянет-глянет, аж сердце в пятки опускается! Ежели он стричься к нам придет, крестик надевайте, Еленочка Федоровна и читайте «Да воскреснет Бог, и расточаться врази Его»!

— Спасибо, Прошка. Обязательно так и сделаю.

Пора уже записывать его цветистые фразы.

Мы уже почти подошли к аптеке, когда мальчишка вдруг сказал:

— Это хорошо, что вы к Никите Мартыновичу ходите. Грустно ему видать одному.

— Конечно, грустно. Человеку одному быть нельзя, — согласилась я с Прошкой. — Мы будем его часто навещать.