Книга Развод с ледяным драконом. Гостиница беременной попаданки, страница 13 – Юлия Ханевская

— А вдруг я забуду себя? Настоящую? Сольюсь с той… другой… и не захочу возвращаться?

Она смотрит на меня в упор. Ее синие, прозрачные, как небо, глаза удерживают в себе целые миры.

— Ты сделаешь тот выбор, — говорит она спокойно, — который будет единственно верным.

— Что ж… — я глубоковдыхаю. — Тогда я согласна!

Слова прозвучали вслух яснее, чем я ожидала. Они сами закрепились в воздухе — и в тот миг, когда я сказала их, внутри меня разлилось странное ощущение завершенности.

Но внезапно ледяным уколом меня пронзает запоздалая мысль.

— Подожди, — я резко вскидываю взгляд. — Ты сказала: там опасно. А если… если меня убьют? Если я не справлюсь? Что тогда?

Женщина не спешит с ответом. Она просто поднимает руку к волосам, темным, словно отлитым из ночи, и достает тонкую заколку в форме золотого цветка лотоса. Металл переливается мягким сиянием, и кажется, что в глубине лепестков горит собственное солнце.

Она бережно вкладывает украшение в мою ладонь, ее пальцы чуть касаются моей кожи. Тепло пробегает по телу.

— Постарайся все сделать правильно.

В этот миг золотое сияние вспыхивает сильнее, охватывает нас обеих.

Сад, лавка, сама женщина — все растворяется в световой волне.

Воздух наполняется запахом гиацинтов, пронзительно чистым, свежим, как дыхание весны.

Я чувствую, что лечу, теряю опору под ногами и вместе с тем — все земное, тяжелое, старое.

Пространство вокруг бескрайнее, бесконечное.

Свет становится все ярче. Еще ярче. До ослепления.

И — вспышка.

Пустота.

Тишина.

Я открываю глаза.

Свет кажется слишком тусклым, а мир вокруг — слишком плотным, словно меня вырвали из воздуха и бросили в вязкую землю.

Запах воска, тяжелый и сладковатый, будто сам воздух напитан свечным пламенем.

Я лежу на жесткой, грубой кровати.

Тело ноет. Каждую мышцу, каждый сустав наполняет глухая боль, как если бы я рухнула с небес и едва уцелела.

В голове клубятся чужие воспоминания, смешиваясь с моими. Детские лица, знакомые запахи, радостный смех моих внуков… и одновременно — рыжие отблески огня в камине, холодные глаза мужчины, голоса дочерей, треск колес на горной дороге.

Я пытаюсь вдохнуть глубже — легкие другие, молодые, послушные. Сердце бьется ровнее, увереннее.

Это не мое старое, усталое тело.

Я ощущаю гладкую кожу, мягкую упругость мышц — и только невыносимая ноющая боль напоминает: я не во сне.

Медленно поднимаю руки и разглядываю их. Они не старые, морщинистые, как прежде, а молодые. Пальцы тонкие, белокожие, изящные. Суставы не скрипят, не ноют.

На предплечьях — синяки… Темные, устрашающие кровоподтеки.

Следы аварии…

Я провожу по одному из них кончиком пальца, и по телу прокатывается дрожь.

Воспоминания вспыхивают ярко: лошадиное ржание, грохот колес, обрыв и мир падает в пропасть…

Я резко втягиваю воздух и сжимаюсь, потому что боль возвращается сильнее, чем прежде.

Карета, крики, удар.

Там я умерла.

Или… нет? Я не умерла. Я здесь.

Но где — «здесь»?

Я вдруг ловлю себя на мысли: «Теперь меня зовут Анара».

Слова вспыхивают в голове неожиданно — чужие и свои одновременно. Имя врезается в сознание, как новое дыхание.

Не Нонна.

Анара.

Молодая. Живая. С чужими воспоминаниями, которые я должна называть своими.

Руки бессильно падают вдоль тела, и пальцы упираются во что-то твердое у бедра. Я медленно поднимаю находку к глазам.