Книга Негодный подарок для наследника. Снежные узы, страница 105 – Мария Вельская

Он всегда знал, что он должен. Должен. Должен. Должен. Игла долга стала почти привычной. Он не принадлежал себе — только долгу.

Он должен был роду и клану, должен был Луноликому императору, должен был заклинателям и магам…

Таковажизнь одаренного эль-драгхо. Такова жизнь наследника клана. Привычно. Предсказуемо.

Он не привык мечтать — на это не было времени, а в пустых мечтаниях — смысла. Испытывать яркие чувства — тоже не привык. Он знал, что, когда придет срок, он женится, чтобы официально возглавить клан. Его женой станет мудрая и одаренная госпожа, одна из светочей своего поколения, талантливая магиня, которая передаст свой дар наследнику.

В нужный срок он обручился с прелестной юной Сеи Киао. Первая дочь второго советника императора, она обладала яркой красотой змеи и нравом тигрицы. Ему ясно дали понять, что эта женщина должна стать его женой, и он не особо противился. Жизни высших эль-драгхо подчинены долгу и воле императора, даже если это жизни его прямых наследников, не говоря уж о других.

Когда до него добрались его враги, и он впал в ледяной сон, прекрасная дева Киао не стала долго ждать. Или же не стал ее отец? Вэйрин мысленно посмеялся. Острая на язык, едкая, злая и умная Киао вертела главой рода Сеи, как хотела.

— Я могла бы изобразить пса у твоих ног и ждать, пока ледяной принц очнётся от своих грез, Шао, — бросила она надменно при их первой встрече после его пробуждения, — но проблема в том, мастер Вэйрин, — острый коготь украшения коснулся его ключицы. Золото серёг в виде свившихся в клубок змей покачнулось перед глазами, — что неудачников мало кто любит. Ты и так не был завидной партией. Теперь ты никто, Шао.

Что только доказывало — дева не так уж умна, как он думал.

Пальцы сжали камень — и он рассыпался ледяным крошевом.

Не один десяток лет утекло. Его влияние действительно пошатнулось. Лишь его мать, прекрасная жемчужина дома Шао, продолжала истово верить. И жертвовала всем. Страшно представить сколько усилий ей понадобилось, чтобы найти девиц, готовых поделиться с ним жизненной силой с риском для жизни. Да, она платила полновесным золотом, лгала, очаровывала, убеждала. Вэйрин не помнил, были ли жертвы. В то время он не мог ни мыслить, ни сдерживать силу.

До тех пор, пока маленькая чужачка не свалилась ему на голову.

Раньше бы он и подумать не мог о том, чтобы пойти против императора. Посвятить кого-то в заклинатели самому. Раскрыть тайны обряда. Тем удивительнее, что, хоть наказание и было суровым, но куда менее жестоким, чем могло бы.

Шрамов внешних оно не оставило — только внутри все его волшебные меридианы, магические каналы, горели огнем и корчились.

Вэйрин с раздражением покосился на больничную койку. На миг, почти против воли, брови разгладились. Рука дернулась — и пальцы мужчины закрылись в светлеющие волосы цвета горячей каффы с молоком.

Этот напиток завезли с соседнего континента, и многим он пришелся по вкусу.

Довольно жёсткие. Лицо девчонки напряжено даже во сне. Губа закушена, пальцы сжаты…

Он медленно, по одному, стал разгибать их. Теплая. Кожа теплая. Острая вспышка жажды скрутила. Змей рванул наружу. Ему была интересна эта теплокровная. На пальцах выступили когти, клыки заломило.

Он склонился ниже. Жадно втянул тонкий запах цветочного мыла и мазей.