Книга Дар огненной саламандры, страница 72 – Ти Шарэль

Слова явно давались герцогу с трудом, я видела горечь в глазах, но…

— Вы не оставили мне выбора, вит ректор. А у вас он был. Вы выбрали принуждение.

Он на мгновение закрыл глаза, а когда открыл, в глазах была только решимость.

— У меня будет вся жизнь на то, чтобы доказать вам свою правоту.

— Я могу идти?

— Да.

Я снова развернулась к двери, тронула створку и снова замерла:

— Сколько у меня времени до состязаний?

— По закону мы обязаны оповестить все королевство. Каждый имеет право попытать счастья.

— И?

— Около месяца. Скорее всего состязание начнется после праздника Первого Снега.

— Я могу продолжать занятия?

— Астерия, — голос герцога прозвучал прямо за моей спиной. Так близко, что я боялась обернуться, опасаясь оказаться с ним лицом к лицу, — станете моей женой и сможете закончить академию. Я вижу ваши способности и не собираюсь запирать вас. И, конечно, сейчас вы продолжите обучение в полном объеме.

Я хмыкнула и вышла. Этот месяц я собиралась целиком и полностьюпосвятить способу вернуться домой. И для этого мне нужно остаться в академии.

Когда студенты вернулись в альма матер после выходных, я поняла, что прежней жизни не вернуть. Парни-одногруппники мялись, но пытались делать вид, что все по-прежнему. Все, кроме Рамуса. Впервые на теории я сидела одна. Ну, как одна. И справа, и слева от меня теперь сидели виты, так тесно, что первые ряды оказались почти пустыми. Там сидели девушки и… Рамус.

Ворвавшийся в аудиторию вит Лавий замер, а потом поднял на меня блеснувшие торжеством глаза. Я своих не отвела, хотя теперь точно знала, что магистр состязания не пропустит.

Еле дождалась конца занятия, чтобы поговорить с Рамусом, но тот ушел первым, а меня задержали парни, которые, в стремлении поухаживать за саламандрой, чуть не порвали мою сумку. Я не злилась на них. Если крышу сносит таким людям, как ректор и вит Лавий, то, что говорить о мальчишках? Но было очень досадно, что они перестали видеть меня — пусть временами жалкую и странную, но живую человеческую девушку. Я, как в старых американских мультфильмах, закрывала глаза и представляла, что вместо меня появляется большой позолоченный кубок. Не человек, а вещь! Пусть и желанная. Противно… В конце концов, я рявкнула на них, и меня отпустили, глядя вслед со странной смесью потрясения и жадности.

Такие же взгляды я ловила, когда бежала за Рамусом по коридору. Догнала его только у дверей в раздевалки.

— Рамус!

Он обернулся, посмотрел на меня без особой радости.

— В чем дело, Рамус? В чем я перед тобой провинилась?

Он моргнул.

— Ни в чем. Просто… Я не знал, — глухо сказал он.

— Что я саламандра?

— Да.

— Так, как бы, никто не знал!

— Вы знали, вита Астерия, — тихо проговорил Рамус, отводя глаза.

— Значит, снова вита, — протянула я. — И ты обижен, что я не сказала?

— Какое я имею право обижаться? — очень по-взрослому усмехнулся парень. — Кто я такой?

— Друг? — тихо спросила я и развернулась. На урок концентрации мне идти не нужно, пойду в библиотеку, утоплюсь в знаниях.

— Астерия, — Рамус догнал меня уже у лестницы, — прости. Ты сказала бы, если могла, так?

— Так, Рам.

— Я только хочу, чтобы ты знала. Для меня — это не важно.

— Ты будешь участвовать в состязании? — прямо спросила я.

— Терри, — сказал Рамус осторожно, —а что ты знаешь о состязаниях?