Онлайн книга «Соблазнение в академии»
|
— А что случилось с той заготовкой? Тебе сильно навредили? — Нет, — соврала я, — были неприятности во дворце, но все решилось благополучно. Демьян нахмурился, а я вспомнила, что в бреду мне мерещился его голос. Но что артефактору было делать в моей спальне? — Ты завтракала? — спросил Ян, когда мы подъехали к городу и остановились вдоль улицы. — Только малиновым отваром, — призналасья. — Без Любавы я забываю про еду. — Уличная еда. Не брезгуешь? — Нет, — заинтересованно отозвалась я. Меня всегда привлекали запахи куличей и ватрушек с открытых витрин, но не приходило в голову попросить Тео купить их. Ян перегнулся через спинку сиденья и через некоторое время выудил из багажного отделения небольшую, но объемную сумку. — Я вспомнила, что копалась в твоих вещах! — с некоторым потрясением сказала я. — И взяла оружие! Бесы! Я не помню, куда его дела! — Не переживай, на нем было мое клеймо, мне все вернули. — Но я трогала твои вещи, открывала коробки, — мне стало окончательно неловко. — Прости. — Ты была в отчаянии, я все понимаю. Так мог бы сказать Тео. Тем же уверенным успокаивающим тоном. Я благодарно улыбнулась Яну: — А что в сумке? — Мое изобретение. Идем? На улицах было довольно многолюдно. Кто-то спешил за покупками, кто-то явно просто гулял, наслаждаясь первым настоящим снегом. В одном из дворов дети затеяли снежную войну, оголив землю до первозданного вида. Снежки получались с грязевыми разводами, но ребят это, похоже, не смущало. Мы остановились у ближайшего лотка, нарядно украшенного хвойными ветками и кистями красных ягод. — Малиновый отвар для сударыни, кофейный для меня. Налейте в наши кружки, пожалуйста. Из пузатой сумки появились такие же пузатые кружки с крышками. — Мое изобретение, — с шутливой гордостью сказал Ян, когда мы отошли от лотка. — Напитки будут горячими до вечера. Мы шли по тем же самым улицам, по которым не раз бродили с Тео. Но ощущения были совсем другими, и далеко не в лучшую сторону. С Тео я была спокойна и расслаблена. Наслаждалась и отдыхом, и прогулкой, и компанией. С Демьяном же была напряжена и настороженна. Меня вдруг начали волновать такие вещи, о которых раньше я не задумывалась: идет ли мне морозный румянец или я выгляжу глупо, как размалеванная кукла; не выбились ли волосы; не покраснел ли нос. Непринужденной беседы не выходило. На меня поочередно накатывала то обида, то неловкость, то раздражение. На себя, на него, на чувства, что родились именно к этому мужчине. Вот кто их просил?! — У меня с собой твое зеркало, — вдруг сказал Ян. Знал бы он, как я злюсь на него в этот конкретный момент! — Я взял его на всякий случай. Место удивительное,вдруг ты захочешь оставить здесь один из камней. — Что за место? — спросила я, на время забывая о злости. — Увидишь. Мы шли еще с полчаса прежде, чем я увидала. С Теодором в эту часть города мы не забредали, предпочитая парк и его окрестности. — Что это? — с любопытством заозиралась. — Театр? Цирк? Прямо на небольшой площади был установлен круглый помост с одноэтажным строением посередине. На помосте шло бесконечное представление. Акробаты, жонглеры, смехачи. Артисты сменяли друг друга, исчезая в одной из многочисленных дверей центрального строения и появляясь в другой. — И цирк, и театр, — Ян чуть повысил голос, чтобы разговору не мешала задорная громкая музыка. — В Белозерске живет большая община артистов. Два раза в седьмицу — каждую субботу и неделю — они устраивают выступления для горожан. Я видел, что твой любимый камень — это тот, что установлен над маленькой ярмарочной площадью, и подумал… |