Книга Война с драконами, страница 65 – Вилли Энн Грей

Когда монах сказал:

– Mali (Дети),

и обожгло мой самый чувствительный орган, я даже слегка вскрикнул от боли. Эта пытка продолжалась не меньше часа. И когда знаков на теле уже не осталось, я вздохнул с облегчением. Но оказалось,что радовался рано.

Монах дал нам несколько минут передохнуть и сказал:

– А теперь предстоит самое сложное. Разделение душ. Вам будет очень больно, но постарайтесь не терять сознания и не вставать с алтаря. Это важно. Простите, дети мои, за то, что причиняю вам столько мучений, но это необходимо.

Анабель вся напряглась, а я схватил её руку ещё сильнее и прошептал, что люблю её. Это немного успокоило возлюбленную.

И вот монах взял в руки злополучную кисточку и нарисовал на груди, возле сердца, древний символ души – шестиконечную звезду внутри круга и глаз в центре.

– Este more, este liebre, – повторил он слова, сказанные в первой части ритуала.

И всё моё тело прострелило невыносимой болью. В груди всё горело огнём, меня будто бы живьём разрывали на две половины, я буквально почувствовал, что теряю часть своей души. Мне казалось, что я умею терпеть боль: я же воин, я много раз был на войне, часто получал ранения. Но то, что творилось со мной сейчас, было хуже всего, что я хоть когда-либо испытывал раньше.

Из-за этих мук я даже забыл про жену, которая лежала рядом и нуждалась в моей поддержке. Но её крик разорвал тишину и отвлёк меня от собственных страданий. Ужас накрыл меня с головой, когда я посмотрел на любимую: её тело буквально выгибалось в агонии. Было невыносимо наблюдать за её муками, страшно было её потерять, а хуже всего – чувство беспомощности. Я понимал, что надо что-то сделать, но что я мог? Прерывать ритуал было слишком поздно, его придётся довести до конца.

И тут я осознал, что боль ей причиняет моя же душа, которую она отвергает, как что-то чужеродное. Возможно, я был не прав, но решил проверить свою теорию. Я крепче сжал ладонь Анабель, прошептал, что люблю её, и попросил не сопротивляться, принять мою душу. Через несколько секунд девушка прекратила кричать. Её тело расслабилось и обмякло, она потеряла сознание.

В панике я чуть было не вскочил с алтаря, но меня остановил служитель храма:

– Всё хорошо, она справилась. А теперь ей нужно отдохнуть, а мне закончить ритуал.

Его слова успокоили меня. Боль и в самом деле ушла, так что я тоже прикрыл глаза. Спустя минут десять монах сообщил, что всё готово. Я вскочил с холодного камня, оделся, подхватил всё ещё не пришедшую в себя жену и отправился домой – ей нужно было хорошо выспаться.

Ритуал дался мне очень сложно. А как иначе? Кто сможет смотреть на страдания возлюбленной и относиться к этому равнодушно? Но, несмотря на переживания, я был рад, что мы это сделали. Теперь можно было не волноваться за безопасность Анабель, моей жены. Как же эти слова грели душу. Многие считают, что свадьба – это мечта каждой женщины, а вот для мужчины – это скорее оковы, которые ограничивают его свободу. И какой нормальный человек станет радоваться кандалам и ограничениям? Как же они ошибаются. Момент, когда я понял, что та, кого я люблю, теперь окончательно моя по всем традициям и правилам, стал одним из самых счастливых в жизни.

Выспаться мне не удалось: я просто не мог заснуть, переживая за самочувствие Бель. Встал ни свет ни заря, чтобы подготовиться к предстоящему мероприятию. Сам бал, конечно, радовать не мог, но меня окрыляло чувство счастья, и поэтому я стойко держался, решая все связанные с праздником вопросы.