Книга По ту сторону бесконечности, страница 51 – Джоан Ф. Смит

За годы борьбы с дислексией я достаточно насмотрелся на залы наших местных библиотек, чтобы понять, что библиотека колледжа в десять раз лучше, чем городская библиотека Вудленда. Тут читателям предлагали большие мягкие наушники с шумоподавлениеми то же самое программное обеспечение, которым я пользовался в школе.

Воскресным утром в библиотеке колледжа было безлюдно. Я уселся во вращающееся кресло и сделал первый глоток кофе, ожидая, пока загрузится компьютер. Жидкость горячей струйкой потекла в желудок. Я поморщился.

Ранним утром солнечный свет проникал сквозь витражный купол, рисуя узоры на дереве того же цвета, что и жидкость в моей чашке. Идеальная обстановка для начала расследования – если бы я хоть примерно представлял, с какого боку к нему подступиться.

В «Любителях загадок» поиски пропавшего человека всегда начинались с опроса друзей, родственников и свидетелей, отслеживания звонков с мобильных телефонов, анализа кредитных карт и социальных сетей. Для поиска человека, который исчез десять лет назад, это не очень-то подходило. Но знаете, что еще хуже? Мама Десембер исчезла по собственной воле. Она не пропала, она намеренно уехала, и, раз уж она передала опеку над своим ребенком, у нее было законное право это сделать.

Я набрал ее имя в первом попавшемся поисковике – это был Google. Клик-клик. На экране появились стоковые фото женщин. Ни одна из них не была похожа на мать девочки, названной в честь двенадцатого месяца года.

Имя Мара Джонс было слишком распространенным. Я откинулся в кресле, размышляя о том, что мы обсуждали в «У Пайра». Из-за чего можно бросить своего ребенка?

Может, она переживала за Десембер? Боялась, что причинит вред дочери или разрушит ее жизнь? Я отпил еще кофе, но, прежде чем проглотить, подержал его во рту.

Очистил строку поиска и вбил новый запрос. Почему люди решают добровольно исчезнуть?

Выскочили сотни статей.

Корпорация «Пропавшие люди».

Полицейские отчеты с миллиардом номеров дел.

Новостные статьи.

Сайт ФБР и сайты официальных ведомств Массачусетса.

Важные новости и статьи волонтерских поисковых организаций.

Во вкладке «Картинки» открылись отсканированные копии старых рекламных проспектов, лица с коробок молока и… Я вздрогнул. Смотреть на это не хотелось.

Я щелкнул по заголовку интервью с «Национального общественного радио»: «Большинство дел о пропавших людях раскрыто». Подключил наушники и нажал кнопку «Воспроизвести».

«В том году мы зарегистрировали 661 000 случаев пропажи людей… довольно скоро примерно 659 000 дел закрыли: люди нашлись или оказалось, что они умерли. На конец года 2079 случаев оставались нераскрытыми».

Вот это да. Более двух тысяч человек исчезли без объяснения причин?

Я пожевал внутреннюю сторону щеки и закрыл окно с интервью. Щелкнул на следующую статью и нажал «Воспроизвести».

«По данным ФБР, в 2017 году было зарегистрировано 464 324 случая пропажи детей» – говорилось в записи.

Почти полмиллиона детей? Кофе заворочался у меня в желудке. В этом и заключалась опасность интернет-расследований. Вот ты Алиса, пока еще не попавшая в Страну чудес, читаешь книгу, сидя у реки. А в следующую секунду уже бежишь за говорящим кроликом в странный мир, в котором Национальный центр информации о преступности своими статьями рвет тебе сердце в клочья. Еще больше статистики: 91 процент пропавших бежали от угрозы, 1 процент – были похищены членом семьи.