Книга Очень странный факультет, страница 60 – Ирина Субач

Дверь с едва слышным скрипом открылась, повиснув только на пломбировочной ленте – но ее я сорвала без сожалений и магии.

Шагнула внутрь.

В комнате ничего не изменилось, кроме едва заметного слоя пыли, который скопился за несколько дней, что меня не было.

Решив, что нет времени, чтобы тратить его просто так, я схватила с крючка старенькую спортивную сумку и принялась торопливо складывать пожитки.

Без сожалений стряхнула внутрь всю аптечку, решив, что пригодится. Утрамбовала старенькую осеннюю куртку, зимнюю шапку, нижнее белье, все предметы гигиены, раз уж в академии с этим дефицит.

И две тысячи рублей из тайника. Больше у меня просто не было, зато на минимум еды и перекусить хватит. А вот документы я не нашла – похоже, их унесли соцработники.

На этом мои сборы закончились, да и место в сумке тоже.

Я встала у двери, еще раз обвела взглядом комнату, чтобы точно убедиться, ничего ли не забыла.

На подоконник выполз одинокий таракан и как-то грустно помахал мне усами, словно будет скучать.

– А я по тебе нет, – буркнула, развернулась и вышла из комнаты.

Дверь просто прикрыла, решив, что ничего ценного для меня там нет. А если общаговские растащат остатки «роскоши», то только к лучшему. Заметут следы моего пребывания.

Я уже почти вышла из общежития, когда мне вслед донесся голос вахтерши, решившей все же проявить бдительность.

– Девушка?! А вы к кому приходили?

Я ускорилашаг, делая вид, что меня не касается.

– А ну стой! Покажи, че в сумке! А сейчас полицию вызову!

Нужно было бежать, но что-то заставило меня вопреки логике обернуться и уставиться на замученную жизнью пятидесятилетнюю женщину, которая, сколько я жила в общаге, столько пристально охраняла в нее вход. Без выходных и пересменок.

Что-то подсказывало: кроме работы ей некуда идти, поэтому она тут и живет…

Но обернулась я не из-за вахтерши, а из-за того, кто мелькнул за ее спиной.

Десятилетний мальчишка, сидящий на стуле и читающий книгу. Словно прилежный ученик, которого сдали бабушке под присмотр, а той некуда деть его на работе, и притащила она к себе, чтобы уроки сделал, книжку почитал…

Вот только книга в руках мальчишки была не сборником сказок.

А паренек – точно не внуком вахтерши.

– Теория относительности Альберта Эйнштейна? – задала я вопрос так громко, чтобы мальчишка услышал и повернул голову ко мне. – Мишель? А ты здесь что забыл? Следил за мной?

– Да что тут происходит?! – воскликнула вахтерша, взмахивая руками, но Мишель щелкнул пальцами, и та застыла.

Так, будто время для нее остановилось. Рот остался приоткрытым от несказанных слов, руки еще не опустились, а выражение лица осталось возмущенным и недоуменным, но главное – даже глаза не шевелились. Так и замерли, глядя в одну точку.

– За тобой следить даже не нужно. Всплески магии такие, что половину Москвы и области захлестнуло. Так что я нашел тебя без труда.

– Допустим, – с подозрением отозвалась я. – Но это был ответ на второй вопрос. А первый? Ты что делаешь в этом мире?

– Я-то? – удивился он. – Выполняю свою работу, ищу переселенцев. Только из нашего мира в этот, чтобы они ничего не разнесли, когда магия хлынет наружу. А вот что ты тут делаешь, мне совершенно непонятно. Вероника, ты почему не в академии?

– Меня терзают смутные сомнения. – Я невольно отступила на шаг.