Книга Пепел на моих крыльях, страница 71 – Рина Белая

Да, он пожертвовал охотой, чтобы поговорить со мной, но это было его решение. Почему теперь я должна проявлять заботу?

Эльф, словно предвидя мой протест, даже не стал объяснять. Вместо этого он наглядно показал, что «дракон» не примет еду от него.

— Аш'Шарракс, — позвал он, обернувшись. — У нас все готово. Присоединяйся.

— Не голоден, — последовал равнодушный ответ «дракона».

Ваэринэль спокойно передал мне порцию. Я тяжело вздохнула и, взяв еду, нехотя направилась к «дракону».

Я протянула ему деревянный «поднос» с едой, стараясь сохранять спокойствие:

— Поешь. Не стоит, чтобы самая сильная боевая единица среди нас оставалась голодной.

Но он не торопился принимать еду. Вместо этого посмотрел на меня снизу вверх. Наконец, он заговорил, неторопливо и с каким-то ленивым интересом:

— У пепельных драконов есть обычай. Когда женщина приносит еду дракону, это означает, что она предлагает себя… Мне самому снять с тебя одежду или ты предпочитаешь сделать это сама?

Кажется, я забыла, как дышать. Мое лицо вспыхнуло, словно меня бросили в костер, а мысли взорвались одной единственной пульсирующей идеей: Убью эльфа. Убью ушастого гада с его непомерной заботой.

Я попыталась что-то ответить, но язык заплетался в неловких извинениях:

— Я не знала… я не… это недоразумение…

«Дракон» слегка усмехнулся, явно наслаждаясь моим замешательством и пунцовым лицом.

— Шутка, — произнес он спокойно, протягиваяруку за едой.

Но я отдернула руки, отодвигая поднос подальше. В его глазах мелькнуло удивление, быстро сменившееся тенью угрозы.

— Я голоден, — сказал он.

— Поголодаешь один день, это полезно, — бросила я с вызовом, стараясь казаться спокойной, хотя внутри все дрожало от напряжения.

Его глаза сузились, и он медленно поднялся, возвышаясь надо мной. Его тень накрыла меня целиком, и теперь я буквально прижимала поднос к себе, пряча его за спину.

Я краем глаза заметила, как эльфы, наблюдавшие за нашей сценой, осторожно опустили ладони на рукояти своих мечей, готовые в любой момент вмешаться.

«Дракон» же оставался абсолютно спокоен, его голос прозвучал тихо, но с явной ноткой укоризны:

— А теперь скажи мне, почему, когда я предлагал тебе еду, ты каждый раз встречала это гневом?

Я замерла, не зная, что ответить. Он продолжил, слегка наклонив голову, словно изучая мою реакцию:

— Я не знаю ваших обычаев, Альтана. Все, чего я хотел — накормить тебя, чтобы ты не осталась голодной. Но каждый раз ты смотрела на меня с ужасом. И только что ты сама оказалась в моей ситуации. Теперь понимаешь?

Мое лицо горело, а гордость молчала. Он медленно наклонился, легко отодвинул мою руку, забирая поднос, и добавил с усмешкой:

— Приятного аппетита мне.

Он развернулся и направился обратно к своему месту, оставив меня кипеть от смеси стыда и злости.

Мы сидели вокруг костра, каждый погруженный в свои мысли. Тепло огня слегка прогоняло ночной холод, но общее настроение оставалось напряженным. Ни у меня, ни у эльфов не было аппетита — еда на наших подносах оставалась нетронутой. Зато Аш'Шарракс ел с заметным удовольствием. Он уплетал свою порцию так жадно, что косточки хрустели у него на зубах, и этот звук лишь усиливал ощущение неловкости.

Наконец, Ваэринэль поднял на меня взгляд, нарушив молчание.

— Что это за традиция у драконов такая? Почему мужчина не может приносить еду женщине?