Книга Жена в наследство. Хозяйка графства у моря, страница 111 – Нина Новак

Малыш силен. Он поможет Лиз. Должен помочь.

— Магия, — бормочет Натан. — У него же магия. Он даст ей силы.

Хаксли кивает, хотя его лицо остается напряженным.

— Истинная справится, милорд. Леди Карен сильная.

Но из-за двери доносится новый звук — сдавленный всхлип Лиз, полный усталости. Натан сжимает кулаки до боли.

Сколько еще? Сколько она сможет терпеть?

В спальне что-то звенит. Врач резко командует:

— Обезболивающее! Быстрее!

Новая волна звуков. Лиз кричит — впервые за все время по-настоящему кричит, и Натан чуть не срывается с места.

— Не могу больше, — шепчет он.

— Можете, — твердо говорит Хаксли, удерживая его. — Должны.

И тут из спальни доносится другой звук. Тонкий, пронзительный.

Детский плач.

Натан замирает, не веря ушам. Плач становится громче, требовательнее.

— Слава богам, — выдыхает Хаксли.

Дверь распахивается. Лекарь выходит с улыбкой на усталом лице.

— Поздравляю, милорд. У вас сын.

* * *

После тяжелых родов приходит огромное облегчение. А когда спустя время мне на грудь кладут теплый сопящий комочек, я растворяюсь в счастье.

Голоса окружающих пробиваются словно через вату. Я же нахожусь в коконе эмоций, в которых существуем только мы — я и мой сын.

Солнышко мое, вот ты какой.

Провожу пальцем по нежному затылочку, легко-легко.

Сквозь полубессознательное, но такое счастливое состояние пробивается голос мужа.

Голос Натана — якорь, и я цепляюсь за него, выплываю на поверхность.

— Можете покормитьего, миледи, — это какая-то женщина обращается ко мне. Сиделка? — Адмирал Саршар…

— Я никуда не уйду, — Натан рычит, но почти шепотом.

Я прикладываю ребеночка к груди, Стефи помогает мне. Поворачиваю голову и вижу осунувшееся лицо мужа. Рядом маячит женщина в больничной форме. И правда сиделка.

Натан приближается и смотрит на нас с благоговением.

— Лиз, Лиз, он родился. Он с нами.

Три месяца спустя…

Натан стоит у окна спальни. На руках у него сияющий пухлый младенец. Этот хулиган почти всегда улыбается, только искорки больше не разбрасывает и не дышит огнем.

Но все это будет… потом… после первого оборота.

Я останавливаюсь на пороге и некоторое время любуюсь на своих мужчин.

Натан такой большой и кроха смотрится на его руках очень трогательно.

Муж еле справился со страхом раздавить сына и учился брать его на руки постепенно. Но, кажется, уже вошел во вкус и с радостью нянчится с Ларсом Саршаром-Кареном.

А как забавно сынок спит на груди у отца!

— Сегодня первая презентация успехов моей фабрики, — напоминаю я.

В окно заглядывает утреннее августовское солнце, но жгучие лучи рассеиваются благодаря артефактам. В комнатах умеренно свежо.

Я забираю у Натана вдруг начавшего хныкать сына, его пора кормить.

— Не люблю оставлять его с няньками, — хмурится муж.

— Ларс и няня поедут с нами, — успокаиваю я его.

Но у меня заготовлен для него сюрприз. Сегодня день моего триумфа, и Натан окончательно убедится, что «дурацкий» косметический бизнес получился.

По дороге к источникам адмирал откровенно скучает. Поглядывает в окно, зевает, листает газету. Ларс мирно посапывает у няни на руках.

А я хитро улыбаюсь и молчу.

— Сколько еще ехать? — спрашивает муж.

— Минут двадцать.

Он вздыхает и снова смотрит в окно. За стеклом мелькают поля и рощи, но Натану явно не до пейзажей.

— Лиз, а долго нам там торчать? У меня встреча с капитанами…