Книга Врачеватель Его Высочества, страница 79 – Юлия Эллисон

Устало сползла на стул, ощущая, как спина горит от многочасовой работы, по лбу стекает пот, а желудок уже орет от голода. Рядом упал Верт, но, в отличие от меня, у парнишки глаза горели явным азартом.

— А у людей тоже так можно? — уточнил он.

— Можно, — кивнула. — Даже нужно, если есть необходимость. Но это мы с тобой лишь крошечную часть всей хирургии затронули. Как научишься читать, засажу тебя зубрить кости, связки, мышцы… сначала сдашь мне теорию, а потом уже будешь допущен к практике. Постараюсь поделиться всеми знаниями, что смогу. Но нам бы учебников… — вздохнула о несбыточном.

И в этот момент наш пациент наконец очнулся, тихо застонав и попытавшись пошевелиться.

— Спокойно! — сразу подскочила к нему, забыв про голод и усталость. — Лежи, не шевелись. Сколько пальцев?

Показала три пальца. Не знаю, как действует местный наркоз, но надо изучить.

— Три, — прохрипел дракон. — Горло болит…

— Это от трубки. Дыши спокойно, скоро пройдет, — пообещала. — Пить пока нельзя, так что потерпи.

Авриэль едва заметно кивнул.

— Как прошло? — Он устроился на кушетке чуть удобнее, прикрыв глаза и сжав зубы. — Болит…

Кивнула, набирая в шприц обезболивающего. Вот что болит — верю.

— Сейчас поставлю укол… — приспустила простынь с его округлого зада, с хлопком всандаливая ему обезбол. Дракон вздрогнул.

— Эй! — возмущенно шикнул он.

— Лежи! — рыкнула в ответ, потирая уже свою поясницу. Болела та знатно. Еще бы — несколько часов внаклонку, проводя операцию…

— Ольга, все хорошо? — неожиданно решил подать голос Даниэль, подходя поближе. — Болит? — обеспокоенно уточнил он.

— Болит, — вздохнула. — Но главное, что операция прошла хорошо, — успокоила Авриэля. — Я не знаю, как работают эти ваши магические штучки и не исчезнут ли спицы, если ты уберешь крылья, так что не вздумай этого делать, пока не заживет все окончательно. Экспериментировать будем на чем-то попроще, а мне совсем не улыбаетсяначинать все с нуля, если спицы исчезнут.

Авриэль едва заметно пошевелился.

— А лежать мне долго? И сколько будет заживать?

Я пожала плечами.

— Если бы ты был человеком, я бы сказала, что минимум полгода. Но ты не человек, так что не знаю. Сделаем рентген через месяц и посмотрим. А сейчас еще надо полежать. Я рада, что отходняка у тебя нет, как бывает от наркоза, но все же кость необходимо зафиксировать, для этого я сейчас загипсую крыло. Затем еще немного полежишь, чтобы организм пришел в себя после вмешательства, и можешь потихоньку вставать, если все будет хорошо. Но в ближайшие часы не усердствуй, лучше дольше полежать и восстановиться, чем потом бороться с последствиями.

— Я понял.

— Верт, принеси гипс. Это тот порошок, который я разводила, когда гипсовала руку ребенку. И бинты.

Парнишка умчался, в то время как Даниэль начал слегка массировать мне спину.

— Знаешь, я не думал, что твоя работа такая сложная, — выдал он спустя пять минут массажа.

Я даже глаза прикрыла и блаженствовала. Не уверена насчет характера, но руки у этого мужчины определенно потрясающие. Еще бы лечь самой на кушетку, и чтобы он нормально промял гудящие мышцы…

— Вот все! — Верт вернулся разочаровывающе быстро. Массаж только-только перешел на самое гудящее место. Но работа есть работа.

— Спасибо. — Приняла все нужное, поражаясь парнишке, продумавшему и то, что мне понадобится вода.