Книга Контракт на новую жизнь, страница 22 – Людмила Вовченко

Он был демонически красив: высокий, с искристо-черной кожей, маленькими изогнутыми рогами и усмешкой, которой можно было резать стекло. Его глаза были зелёными, как яд.

— Моя госпожа, — начал он и театрально поклонился, — вы разбудили не только Совет, но и сердца. Мы в Овраэ следим за этим миром много поколений. И вот — женщина, издругой звезды, делает то, что не мог ни один из нас.

— В чём суть, Рал’Вирон? — перебила она.

— Официально? Приглашение на Конклав. Неофициально… — он наклонился ближе, — Предложение союза. Мы видим в вас шанс. Кто-то должен быть рядом, когда начнётся буря. А она начнётся.

Он оставил ей не кристалл, не письмо — жар-перо, вложенное в руку. Оно жгло, но не обжигало. Оно было знаком клятвы.

Ольга долго смотрела на него, потом медленно сжала перо в кулаке.

— Вы будете вторыми, кто об этом пожалеет, если это ловушка.

— А вы — первой, кто решится дотронуться до правды, — мягко ответил он и уехал, оставляя за собой шлейф пряных искр.

* * *

Позже той ночью, сидя в кабинете, Ольга смотрела на оба символа: ледяной кристалл Совета и тёплое перо от Овраэ.

Два пути. Две противоположности. Один — проверка. Второй — союз с теми, кто тоже умеет играть во тьме.

В доме тихо. Но в её сердце — гудел зов магии.

Контракт вступал в следующую фазу.

Дом, подаренный Ольге по контракту, с каждым днём обретал черты настоящей крепости. Однако, несмотря на внешнюю гармонию, внутри происходило множество едва уловимых, но важных изменений. И эти изменения начинались с неё самой.

Слуги — те, кого ей выделили временно в банке, — начали вести себя не просто как исполнители, но как те, кто ищет смысл в новой службе. Каждый из них имел историю, даже если хранил её в тени. В просторном холле второго этажа, где висели парящие шелка с геометрией звёздных карт, Ольга устроила вечер знакомств. Неофициальный. Она просто позвала всех поужинать за одним столом.

Были фрукты, похожие на виноград, но с серебристой кожурой и вкусом персика. Была запечённая «ламура» — местный аналог баранины, но нежнее. И был лёгкий цветочный чай с вкраплениями магической энергии, из-за чего пар от чашек мерцал мягким синим светом.

— Я не хочу, чтобы вы называли меня «госпожой». — Ольга подняла бокал. — У меня нет привычки властвовать, только — вести. А значит, будем знакомиться. Начнём с тебя, — она указала на юношу с узкими глазами и короткими, будто обугленными рожками над висками.

— Имя мое — Сирх. Я из рода Огаар, родился в приграничной станции под гравитонной воронкой. Был осуждён по обвинению в предсказаниях без разрешения. — Он произнёс это почти весело, но глаза выдали печаль. — Здесь я пока слуга, но когда-нибудь… может быть, верну лицензию прорицателя.

— Запомню, — кивнула Ольга. — А ты?

Следующей заговорила девушка с прозрачной кожей и волосами, будто налитыми ртутью. Её имя было Хэари, и она оказалась дочерью учёных, проданных в рабство после провала одной экспедиции. Её голос был музыкальным, и, казалось, воздух замирал, когда она говорила.

Пока каждый рассказывал свою историю, Ольга чувствовала, как в доме загорается что-то новое — невидимая сеть доверия. Дом, построенный как станция возрождения, начал дышать жизнью.

Позже, уже наедине, она сидела у окна с кубком терпкого тёплого вина и смотрела на сад, где между деревьев летали мотыльки с крыльями, как стеклянные раковины. Из темноты вышел он — тот самый первый, кого она увидела, когда очнулась на планете. Слуга с серебристой кожей, крыльями-лезвиями за спиной и вечно насмешливым выражением глаз.