Книга Не твоя жертва, страница 142 – Виктория Кузьмина

Дверь открылась. На пороге стоял Денис. Он сразу почуял атмосферу — густую, как смола, пропитанную болью и обвинением. Его лицо, обычно живое и саркастичное было серым и подавленным. Он вошел, взгляд скользнул по Лене и Арману и остановился на Бориславе Святозаровиче.

— Вот кто тебя просил! — Денис закричал, тыча пальцем в отца Лены, голос его дрожал.

— Я же говорил! Говорил, что надо было ей рассказать раньше! А ты молчал! Ты с ней работал столько лет, а тайны, секреты хранил! И что в итоге?! Вот он, твой результат! — вмешался Арман.

Лена медленно повернула голову к Денису. Шок в ее глазах начал сменяться другим чувством — жгучим, требовательным пониманием. — Денис... — ее голос был хриплым, чужим. — Это... правда? Ты... мой брат?

Денис сглотнул, его плечи ссутулились под тяжестью взгляда. Он не мог больше бежать. Не мог лгать.

— Да, Лен, — прошептал он, опуская глаза. — Правда. Я... твой старший брат.

Лена шагнула к нему. Не побежала, а пошла медленно, как сомнамбула.

— Как? — спросила она, голос дрожал. — Как так получилось? Почему... Почему я ничего не знала? Почему тымне не сказал?!

Денис поднял на нее глаза. В них стояли слезы — редкие, мужские, от которых стало еще больнее.

— Мать... — он начал с трудом, слова давили его. — Наша мать... Она была... нездорова. Алкоголь. Плохо с головой. Когда ты только родилась... Мне десять... Она принесла тебя... Она велела мне отнести тебя. Просто... отнести. Куда глаза глядят. Сказала, что не может... Что ты... — он сглотнул ком. — Что ты не нужна. Бред, конечно. Но мне было десять, Лен. Я... Я не смог ей противостоять. Не смог защитить тебя. Просто... взял тебя и положил в коробку. Унес и сидел в кустах, пока твой отец тебя не забрал, — его голос прервался. — Я жил с ней... пока она не умерла. Потом... Потом меня нашел отец. И я... Я стал искать тебя. Врал отцу, что на него хочу быть похожим, а сам пошел в ментовку, чтобы тебя найти... А когда нашел... — он горько усмехнулся. — Когда нашел, получилось... Что получилось. Ты уже была взрослая. Сильная. Независимая. Боялся... Боялся разрушить все. Боялся, что ты не простишь. Не захочешь знать. Вот и... молчал. Как дурак, — он закончил, опустив голову, избегая ее взгляда.

Лена слушала, не двигаясь. Слезы текли по ее щекам молча. Большими, тяжелыми каплями. Она видела перед собой не коллегу, не друга, а того самого испуганного десятилетнего мальчишку, который унёс маленькую сестру в парк и бросил под дубом. По чьей-то злой воле. По глупости. По слабости. Горечь, жалость, обида — все смешалось в один клубок.И вдруг этот клубок развязался.

Она не кричала. Не обвиняла. Она просто подлетела к нему и обвила его руками со всей силы, вжавшись лицом в его плечо.

— Придурок! — выдохнула она сквозь рыдания, ее слова были мокрыми от слез. — Должен был... рассказать! Сразу! Самый большой придурок на свете! — она била его кулачком по спине, но без злобы, а от бессилия и нахлынувшей нежности.

Брат. У меня есть брат. Весь этот кошмар... И он был рядом. Искал меня.

Денис замер на секунду, ошеломленный, потом его руки сомкнулись вокруг нее, крепко, по-братски. Он прижал ее к себе, пряча лицо в ее волосах, его плечи слегка тряслись.

— Прости, Ленок, — прошептал он, голос был сдавленный слезами. — Прости за все. За тогда. За сейчас. За то, что молчал.