Книга Бесчувственный. Ответишь за все, страница 31 – Виктория Кузьмина

Она говорила быстро, захлебываясь, слова вылетали пулеметной очередью.

— Отцу многое доверялось, секреты клана, планы... И сейчас нас могут объявить предателями! У них есть полное право разорвать все политические отношения со стаей Песчаников, а нашу семью — изгнать! Им всё равно, что мы сами ничего не знали! Они решат, что отец сознательно сливал информацию через Владлена! Мы никогда не сможем доказать правду! Скорее всего... скорее всего, нам придется покинуть дом и переехать к ним. На их территорию. На войну.

Как же так?

Это было просто ужасно. Непоправимо. Зачем? Зачем Владлен ввязался в такую опасную игру, подставив под удар свою же семью? Ради чего?

Я обняла ее крепче, прижимая к себе. Еще неделю назад мир казался таким понятным и простым: учеба, подработки, мечты о независимости. А сегодня все перевернулось с ног на голову, погрузившись в пучину каких-то чуждых мне клановых войн и интриг.

— Мира, послушай, я уверена, Владлен разберется со всей этой ситуацией. Вам не придется переезжать. Все будет нормально, — попыталась я утешить ее, сама не веря в свои слова.

Она горько усмехнулась, вытирая тыльной стороной ладонислезы.

— Не будет. Сейчас все узнают об этом. И то, что об этом будут знать даже волки из нашего института, не заставит себя долго ждать. Скорее всего, от меня отвернутся все. Я буду как белая ворона. Даже если открытого конфликта не будет... Ты же знаешь, что в нашем институте не учатся студенты из других кланов. А я буду единственной, у кого брат претендент на место главы клана, с которым у нас... был... нейтралитет. Все будут относиться ко мне подозрительно. И я бы на их месте относилась подозрительно! Но, черт подери, я же ни в чем не виновата!

Я тяжело выдохнула. Успокоить ее сейчас было невозможно. Да и как? Ее страх был абсолютно рациональным. Я видела, как на нее смотрели другие оборотни в институте — с подобострастием и страхом, но всегда с оглядкой на ее принадлежность. Теперь эта принадлежность ставилась под сомнение.

Она вырвалась из моих объятий, залезла под одеяло и повернулась к стене, накрывшись с головой. Я понимала, что ей нужно побыть одной. У Миры была такая особенность. В моменты сильного нервного напряжения ей было необходимо уединение, чтобы переварить все внутри.

Я подошла с другой стороны кровати, присела на корточки прямо напротив ее лица, стараясь поймать ее взгляд.

— Мира? Ты хочешь побыть одна?

Из-под одеяла послышался сдавленный кивок.

Самое малое, что я могла для нее сделать сейчас, это дать ей это пространство. Решение пришло быстро.

— Я поеду в общагу.

Она снова кивнула, не вылезая из своего кокона.

Я быстро переоделась, подхватила сумку. Подошла к кровати, осторожно погладила ее по голове через одеяло.

— Если что — пиши. Хорошо?

— Угу, — донесся приглушенный ответ.

Стараясь не шуметь я вышла из комнаты. В холле никого не было. Приглушенные голоса доносились из гостиной. Владлен и его родители все еще совещались. Я прошла на цыпочках к выходу и выскользнула за дверь.

Утро было холодным, но свежим. Я глубоко вдохнула воздух, пытаясь очистить легкие от тяжелой атмосферы дома и от гнетущего чувства вины. Вызвала такси. До его приезда оставалось минут десять. Решила не ждать у порога, а пройтись к воротам, чтобы хотя бы немного прийти в себя.