Книга Любовь, которую ты вспомнишь, страница 106 – Рина Сивая

– Я собираюсь сойтись с Анной, потому что только рядом с ней чувствую, что по-настоящему начинаю жить.

По лицу Хавьера медленно расползлась улыбка.

– Ты что-то вспомнил?

И столько надежды было в этом вопросе, что я на миг почувствовал себя злодеем, когда отрицательно качнул головой.

Но Хави если и растерял свое воодушевление, то совсем чуть-чуть.

– Когда ты признался, что собираешься в Россию ради девушки, с которой знаком чуть больше недели, я спросил у тебя, что такого ты в ней нашел, – признался вдруг Хавьер. – Знаешь, что ты мне ответил?

Очевидно, я не знал, но долго мучить меня неведением брат не стал.

– Ты сказал, что лишь рядом с ней начал понимать, что такое жизнь.

Я усмехнулся.

– Говорят, история циклична.

И моя зациклилась на ней, женщине, подарившей мне сына, которая сейчас бережно прижимала того к своей груди и целовала в макушку.

– Ваша любовь стоит того, чтобыее вспомнить, – вдруг наклонившись ко мне, доверительно сообщил Хави. – Но даже если твоя память не отзовется… просто влюбись в нее заново. Поверь, ты не пожалеешь.

Я уже не жалел. Особенно в такие моменты, когда Ана, поймав мой взгляд, смущенно мне улыбалась.

____

Дорогие читатели, приглашаю вас в свою новинку!

КИНЖАЛ ДЛЯ ДОНА

Аннотация к книге "Кинжал для дона"

Ее учили быть Тенью.
Незаметной. Смертельно точной. Верной только ему.
Беатрис Кастелли — не любовница, не жена, не святая. Она — оружие в руках дона мафии. Та, кто уничтожает врагов в тени его трона. Та, кто не имеет права на ревность… даже когда Данте Орсини берет в жены другую — ради власти, вопреки собственным принципам.
Он выбрал власть.
Данте Орсини — Дон семьи. Каждое его решение — оковы на чужой жизни. Он продал свою душу ради мира, силы и фамилии, оторвав от сердца ту, кому меньше всего хотел причинить боль.
Он — ее крест. Ее долг. Ее конец.
А она — его безмолвная присяга.
И если кто-то встанет между ними — даже сама судьба, — он падет.
Потому что все, что осталось в нем живого… носит ее имя.

https:// /shrt/PS9z

В тексте есть:

- итальянаская мафия;

- властный герой и сильная героиня;

- сцены жестокости и насилия, но не между ГГ

Диего Солер

– Папа! – моя маленькая копия, не пойми как ускользнувшая от моего взгляда, врезалась в меня со спины. – Я покушал! Теперь мы пойдем купаться?

– Море? – переспрашивал Хавьер, ни слова не знающий по-русски. Что совершенно не мешало ему понимать моего сына на каком-то другом, более тонком уровне.

– Искупаешься с дядей Хави? – уточнил я у Александра, и тот сразу же переключился на моего брата.

– Пойдем, – потянув Хавьера за руку, заявил Алекс на своем родном языке. – Мне еще нужно надеть жилет!

– Да, мой капитан! – ответил Хави на своем, и не возникло никаких сомнений, что эти двое прекрасно справятся и без моего перевода.

Все негативные эмоции, что я испытывал буквально минуту назад, тут же испарились, стоило мне посмотреть на эту удаляющуюся парочку. Хави был прекрасным дядей для детей Сары. Не удивительно, что для моего сына он стал таким же.

Подхватив Алекса на руки, чтобы тот не навернулся на крутой лестнице, Хавьер, рассуждая о чем-то вслух, двинулся туда, куда указывал маленький пальчик. Лишь на минуту он замер – когда отступил в сторону, пропуская Анну.

Я подумал, что она двинется дальше по палубе, но моя жена уверенно сворачивала и поднималась наверх. Ко мне.