Книга Любовь, которую ты вспомнишь, страница 162 – Рина Сивая

В итоге трое категорически запретили мне общаться с мужем. Одна – так же категорично настаивала на откровенном разговоре.

Итолько Лера подозрительно молчала, словно набрала в рот воды, никак не высказывая свое мнение по поводу сложившейся ситуации.

Это было… странно. Обычно Валерия первой бежала меня поддерживать или вправлять мозги, высказываться или просто делиться наблюдениями. Но сейчас я ловила ее улыбку и чувствовала неестественность. Смотрела на ее общение с мужем и видела не столько любовь, сколько напряженность.

– У вас с Пашей все в порядке? – решилась я спросить у сестры в тот редкий момент, когда мы остались одни. Все остальное время рядом с нами постоянно находился ее муж.

– Да, конечно, – слишком поспешно ответила Лера и натянуто улыбнулась. – Не бери в голову. Просто расстраиваюсь, что он скоро уедет.

Я бы и сама хотела уехать – вернуться в свою уютную квартиру, в привычное одиночество и мир, где Диего Солер не существовало. К родителям, которые всегда поддержат и пожурят одновременно.

Но о последствиях подобного решения буквально вчера меня предупредил Максим Геннадьевич во время звонка, на котором, разумеется, присутствовал и Миронов.

– Ваш отъезд будет выглядеть как попытка скрыть ребенка, – выговаривал он, когда я заикнулась о возможном возвращении на родину. – Адвокат вашего мужа зацепится за это как довод в пользу передачи опеки отцу.

– Думаю, Елена будет только рада, что мы уедем, – горько усмехнулась я, не особо рассчитывая на ответ.

В том, что Мартинез не упустит свой шанс и быстро вернет освободившееся место рядом с Диего, я не сомневалась.

– Ммм, о чем вы, Анна Леонидовна? – неожиданно ворвался в мои мысли голос Шаха. – У вашего мужа другой адвокат, Арнау Серра. Такая акула, которая вцепится в нас и утащит на самое дно, если почувствует хоть каплю крови. Не советую давать ему поводов.

Вопросов в моей голове стало еще больше. Почему Ди сменил защитника? Что произошло у них с Еленой? И зачем ему, как выразился Шах, «юридическая акула»?

Даже озвучь я хоть один из них, вряд ли мне кто-нибудь смог бы ответить. Поэтому я сидела и выслушивала наставления адвоката и Паши, которые в очередной раз объясняли мне, что с отъездом придется повременить, а с мужем общаться только в присутствии Максима Геннадьевича, а еще лучше – вообще не общаться.

Я молча кивала, но чувствовала, что слова беспокоящихся о моем благополучии мужчин никак не отзываются внутри. Словно посторонний шум, которогов присутствии Павла становилось все больше.

Поэтому, когда он уехал, я испытала искреннее облегчение.

Лера поехала провожать мужа в аэропорт, и впервые за несколько дней мы с Сашей оказались предоставлены сами себе. В этот раз на пляж потащила сына я сама, не дожидаясь его просьбы. А всю дорогу до моря всматривалась в идущих навстречу мужчин.

Глупо, но я искала в них Диего. Искала, и не находила.

Пока Саша резвился с другими детьми и строил замки из песка, я раз за разом зависала над списком заблокированных номеров. Их было не так много, но взгляд притягивал только один.

Я была раздавлена поступком Диего, но при этом дико по нему скучала. По его взгляду, напоминавшему безоблачное испанское небо. По его теплым объятиям, в которых я чувствовала себя защищенной. По его нежному шепоту на ухо и горячим поцелуям.