Книга Любовь, которую ты вспомнишь, страница 169 – Рина Сивая

Диего давал мне не обещания и не заверения, он дарил мне то единственное, что действительно могло помочь – мою семью.

– Может, поздороваешься? – весело поинтересовалась подошедшая Лера.

– Это ты устроила, да? – предположила я.

– Мне бы очень хотелось забрать все лавры себе, – хитро усмехнулась сестрица, а после кивнула в сторону Ди. – Но это целиком и полностью его идея.

Я снова поворачивалась к мужу. Еще недавно я жаловалось на пустоту в душе и моральную усталость, а сейчас столько эмоций бурлило внутри, столько сил появилось, что я не представляла, за что хвататься и что говорить.

– Спасибо, – в итоге опускалась до банальностей, но постаралась, чтобы моя искренняя благодарность звучала в каждой произнесенной букве.

– Всегда пожалуйста, – краешком губ улыбнулся Ди и неожиданно шагнул вперед. Я думала, он обнимет меня, и его правая рука действительно легла на мою талию. Легко, почти невесомо, но от этого прикосновения по коже побежали мурашки. Это нельзя было назвать объятиями в полном смысле этого слова. Скорее, всего лишь намек на них. – Просто знай кое-что.

Диего склонился ниже, почти задевая своим виском мой, и произнес на ухо, тихо-тихо, чтобы слышала только я:

– Я люблю тебя, Ана, – выдохнул он, заставляя меня забыть, какого это вообще – дышать. – И люблю не потому, что я это помню или не помню. А потому что я это знаю. И чувствую. И никому больше не позволю лишить меня этого.

Его губы едва заметно мазанули по моей скуле, оставив после себя обжигающий след, после чего Диего отстранился, кивая кому-то за моей спиной. Обернулась на инстинктах, чтобы сразу же попасть в теплые объятия матери. Она что-то говорила, но я не слышала. Тихое «Я люблю тебя, Ана» эхом разлеталось в моей голове, сметая оттуда все иные мысли.

– Папа, это бабуля и дедуля! – прыгал рядом Александр, притягивая к себе всеобщее внимание.

– Конечно, папазнает, – мама тут же отлепилась от меня, чтобы просветить внука: – Это ведь он нас к тебе привез.

– Правда? – растягивая гласные, Саша смотрел поочередно на бабушку, дедушку и отца. Дождался согласного кивка от всех троих и улыбнулся еще шире. – Это потому что папа у меня самый лучший! Да, мам?

Я старалась не обманывать сына, поэтому чуть смущенно улыбнулась и ответила честно:

– Да. Правда.

Ведь какими бы сложными не были отношения с Диего у меня, не признать, что отец из него вышел изумительный, я не могла.

– Надеюсь, это достаточно веский повод, чтобы убрать мой номер из черного списка? – без обвинений поинтересовался Солер, вызывая на лицах присутствующих лукавые улыбки.

Пришлось доставать телефон и при свидетелях возвращать заученные наизусть цифры обратно в избранные номера.

– Я позвоню завтра, – пообещал Диего и опустился на корточки, чтобы попрощаться с сыном. – Сходим вечером куда-нибудь? С меня – картошка-фри.

Александр кивнул и обнял отца за шею – так же крепко, как обычно обнимал меня. Ни разу за эти дни сын не упрекнул меня в том, что папы не было рядом, но только сейчас, видя их объятия, я понимала, насколько сильно он скучал. И отворачивалась, чтобы никто не успел заметить мои блестящие от слез глаза.

Диего вежливо попрощался с мамой, пожал руку отцу, а с Лерой обменялся заговорщицкими улыбками, прежде чем развернуться и двинуться в сторону машины Хавьера. Тот, заметив, что все взгляды обращены к нему, помахал нам рукой.