Онлайн книга «Тринадцатая Мара»
|
Широкая мужская спина, хорошая шея, мощная, модельная стрижка – наверное, недавно обновил. Я принялась мысленно ткать вокруг вилки смертоносное заклятье, наполнять металл черным ядом. – Ты еще не поняла, что теперь я контролирую твою волю? «Хрен тебе». Вилка в моем воображении стала черной, пузырящейся. Она уложит при касании стадо буйволов. Даже хорошо, что на квартире защита: от моей ненависти ладный дом давно бы уже превратился в кирпичи. Жаль только, что на изнанку не прыгнуть: человек у окна лишил меня этой возможности дистанционно. Зубья у воображаемой вилки вытянулись, истончились. Решил меня за что-то засудить, решил, что я буду страдать? Страдай сам! Он повернулся как раз тогда, когда я подняла руку для броска, когда, вложив в него всю испепеляющую ненависть, метнула зажатый предмет. И грохнула ответная ярость. Брошенная мной вилка, не пролетев и десяти сантиметров, застыла в воздухе. А незнакомец процедил: – Возьми её. Отчаянная попытка ему не сопротивляться: «моя воля – не твоя». – Возьми! И мои пальцы сжались вокруг серебристой ручки. «Нет, только не это…» – А теперь воткни её себе в руку! Я не хотела, я бы никогда… Но я с размаху засадила зубья в собственную левую ладонь и мысленно заорала так, что полопались капилляры пространства. Я потеряла способность орать наяву, мои связки, кажется, порвались еще до того, как взорвалась боеголовкой боль. Немо орал каждый мой рецептор, каждый оголенный нерв, каждый сантиметр пространства вокруг. Я дышала тяжело – я вообще не понимала, как могу делать это после сковавшего горло спазма. А этот монстр наклонился близко – его грудь прямо над гребаной вилкой, торчащей из моей левой руки, – и процедил почти ласково: – Еще раз попытаешься на меня напасть – и воткнешь ее себе в глаз. Он мог это сделать. Одна фраза – и рукоять будет торчать из моей башки. Я дышала быстро: рваный выдох, рваный вдох. Красная пелена от боли, и его ледяные глаза напротив. Кто ты? Адски, невыразимо больно. И за что? Глава 5 Вечер. И я висела на невидимых цепях. Они были растянуты к стенам, вделаны в них, но обычный человек ничего бы не увидел. Только мои руки, распятые, как на кресте, только меня, повисшую посреди комнаты как клоун-неудачник. Теперь я боялась этого мужика отчаянно. Обнажились все инстинкты выжить, и впервые оголился животный страх. Убить мару сложно, иногда почти невозможно, но незнакомец мог сделать это по щелчку пальца. Он растянул меня на иллюзорных цепях в пустой комнате, предварительно выдернув из тыльной стороны ладони вилку, равнодушно бросив её на пол. И даже не дал перевязать рану. А лечить ее в подобном состоянии, когда тебе закупорили все магические поры, невозможно. Ни дернуться, ни сбежать. На запястьях – кандалы; страх подкосил колени. Никогда раньше я не испытывала подобного. И все же не сдалась. Да, моя воля периодически подводит меня, но разум еще работает, часть парализованных сил все еще при мне. Еще не все потеряно. – Трепыхаешься? Он наблюдал за моими внутренними эмоциональными потугами с равнодушным любопытством. – Что тебе нужно… от меня? Я плевалась, как черная жаба. Я найду способ, я найду выход. Пока жива. – Чтобы ты страдала. – За что? Он молчал долго. А когда заговорил, его слова мне не понравились, как, впрочем, и все те, что он изрекал до того. |