Книга Исполняющая обязанности жены генерала дракона, страница 32 – Кристина Юраш

— Прекратите! — произнес он, положив руку на пряжку.

— Так бы и сказали, что я вам как женщина не нравлюсь, — улыбнулась я.

— Ты только что говорила, что ты — существо бесполое, — заметил он, осторожно убирая мои руки от пряжки.

— Рядом с вами, — улыбнулась я. — Сложно оставаться бесполой…

Пусть немного кокетства успокоит его. Быть может, это даст ему снова возможность почувствовать себя мужчиной. Но мне нужно осмотреть ногу! Я не знаю, с чем я работаю. Я не могу работать наугад!

— Вам это не понравится, — заметил он, словно пытаясь предупредить.

— О! Если у вас там не требование налоговой палаты, то остальное мне все нравится, — улыбнулась я.

— Ладно, — произнес Аврелиан, щелкая застежками сапога и снимая его. Он закатил штанину, а я увидела жуткие шрамы.

— Одну минутку, — прошептала я, осторожно прикасаясь к его ноге. Мои пальцы скользнули по его колену, потом спустились ниже… Вроде бы перелом был. Сросся правильно.

Я ощупывала ногу и думала, в чем же дело. Шрамы уже зажили, перелом выглядел неплохо. Откуда боль?

— Понятно, — вздохнула я. — А давайте я вам погадаю?

— Что? — спросил он, голос его прозвучал тихо, почти хрипло, словно из глубины забвения.

— На вашей ноге, — усмехнулась я, стараясь скрыть тепло в голосе, — Перелом сросся правильно. Но если вы думаете, что обычный человек после перелома снял гипс и тут же пошел плясать, вы ошибаетесь.

Мои слова прозвучали как предостережение, как тихий вызов судьбе, которую он все еще пытался контролировать.

— Нога болит из-за нагрузок. Вы резко встаете, не размяв мышцы, потом делаете марш бросок, а потом снова садитесь. А ведь так нельзя! Нужно все делать постепенно, с передышками и разминкой.

Я подняла глаза на его лицо, и в этот момент заметила, как тень сомнения скользнула по его глазам. Внутри него — будто буря, которая не собирается утихать.

— Ваши мышцы перестали работать, — продолжила я, мягко, но настойчиво. — Долгое время они были без нагрузки, и вы резкими движениями снова рвете их. Зачем? Мышцы нужно подготовить.

Я аккуратно стала массажировать его ногу, ощущая каждое напряжение, каждую каплю боли, которая словно застряла в тканях, требуя выхода.

— Вы что делаете? — спросил генерал, его голос звучал с недоверием, словно я нарушала какую-то неписанную заповедь.

— Разогреваю их, — ответила я, — Готовлю к вашему походу в сторону кресла. Осторожно, потихонечку. Потом мышцы привыкнут работать, и боль уйдет. Я думала, что тут полный трындец, а, оказывается, еще ничего…

Я почувствовала зажатость в его теле, словно он боялся расслабиться, опасаясь, что любой неправильный жест может вернуть его к исходной точке страдания.

— Вот зажим! — прошептала я, нажимая на мышцу. — Он болит, да? Тише, терпите… Когда отпустит — скажете.

Я приложила усилие, и вдруг его лицо исказила боль, будто кто-то прорезал его ножом.

— Отпустило, — хрипло произнес он, глядя на меня с удивлением. — Отпустило!

— Вам надо не только мышцы ног, но и мышцы спины, поясницы, — пояснила я, продолжая аккуратный массаж. Внезапно — раздался резкий звук, и чашка, словно предательски предвещая беду, пролетела мимо меня, разбившись о стену с хрустом. Осколки фарфора разлетелись на пол, словно крошечные бури, шурша и звеня.

— Уходите, — произнес генерал с тревогой в голосе, его глаза сузились, словно он чувствовал нечто опасное,что приближается.