Книга Исполняющая обязанности жены генерала дракона, страница 36 – Кристина Юраш

Я вспомнил прикосновение ее губ. Мягкое,теплое, нежное и короткое. Но в этот момент я впервые почувствовал, что внутри что-то изменилось. Что-то дернулось. И это чувство вдруг показалось мне знакомым.

Потом я вспомнил свой поцелуй. Я ведь это сделал нарочно, чтобы проверить, что я почувствую.

В этот момент я снова почувствовал, что внутри что-то пошевелилось. Это случилось так быстро, что я толком не разобрал свои чувства. Я не мог понять, что это… Может, это просто фантом? Просто показалось?

И вдруг — словно в ответ на мои мысли — внутри меня послышался тихий шорох, как будто кто-то остановил дыхание. Я напрягся, почувствовал, как сердце забилось чуть быстрее.

— Нет… — прошептал я, выдыхая. Тишина. Снова внутри тишина. — Видимо, показалось.

Я не знаю, как быть дальше. Я уже не могу остановить этот поток чувств. Потому что в глубине души я уже начал понимать. Я начинаю привязываться.

— Нет! — резко произнес я, словно отсекая чувства.

Я ведь понимал. Быть ласковой, доброй и заботливой — это ее работа. Ей платят за эту доброту и милосердие. И никаких чувств она ко мне не испытывает. И испытывать не может. Я уверен, что она так вела себя со всеми пациентами.

И я не должен думать о ней. Не должен!

Но мои мысли возвращались к ней. Она пошла в деревню, а что если с ней что-то случится?

Когда наконец показалось заветное поле, я вздохнула с облегчением. Над горизонтом расплывались серые дымки, и на фоне неба маячили силуэты домов — моя маленькая гавань, мой шанс на спасение. В ту минуту сердце словно облегченно выпустило весь накопившийся страх, и я, чуть ли не бегом, направилась туда, стараясь не потерять ни секунды.

Но вскоре я выбилась из сил.

Только тут, посреди поля, я наконец смогла остановиться и перевести дух. Глубоко вздохнула, пытаясь прийти в себя.

— О, Боже… — простонала я, сгибаясь в три погибели и зажимая рукой колющий бок. Боль словно нож колола меня, но я не могла позволить себе остановиться.

Я отдышалась и поспешила в сторону деревни, надеясь, что именно там я найду то, что мне нужно. Каждая секунда казалась тягостной, а мысли о том, что придется возвращаться через этот зловещий лес, наполняли меня ужасом — словно возвращение будет стоить мне жизни.

Когда я вошла в деревню, меня сразу же облепили собаки. Их лай разносился эхом по узким улочкам, и я почувствовала, как сердце сжалось от страха. Но после крикливого «хня-я-я» все это казалось такой «хней», что я лишь топнула ногой, отгоняя местных тузиков за кривой забор.

На дороге паслись куры, где-то протяжно мычала корова. Разбросанные по земле клочки сена — будто кто-то торопливо что-то уносил, теряя их на ходу, дополняли картину.

Из ближайшего дома донесся мужской голос:

— Цыц!

Из-за угла вышел мужчина — крупный, с широкими плечами и чуть сутулой спиной. Лицо у него было грубое, с морщинами и бородой, торчащей в разные стороны.

— Что нужно? — хмуро спросил он, топая ногой на подкравшуюся ко мне собачонку.

Я улыбнулась, стараясь выглядеть дружелюбно:

— Мне бы в лавку попасть, — ответила я, заметив, как любопытные дети сбегаются, чтобы поглазеть на меня. Их глаза светились интересом.

Мужчина махнул рукой в сторону одного из домов со старой вывеской:

— А, мамзель, тогда вам туда.

Я поспешила в лавку, поднимая подол платья, чтобы не испачкать его в грязной луже.