Книга Супруга для покойного графа, страница 9 – Лидия Орлова

А гостья глубоко вздохнула:

— Но, раз уж вы, леди Даяна, говорите, что она для моих целей эта девица подходит больше всех остальных послушниц монастыря, то я последую вашему совету. — Дама в черном платье встала, чтоб сделать маленький шажок в сторону настоятельницы. — Леди Даяна, оговорите со своей послушницей мое дело, а я завтра пришлю за вами экипаж. Вы же сами будете сопровождать послушницу в наш замок?

Сестра Даяна, подтвердила, что сама привезет меня в графский замок.

И аристократка, закрыв лицо вуалью, покинула комнатку. Стоявший у двери тенью старичок последовал за ней.

А меня настоятельница пригласила занять освободившийся стул и принялась рассказывать, для чего я могу пригодиться ее знатной гостье.

— Алиса. — Настоятельница единственная в обители произносила мое имя, не искажая и не урезая его. — Ты давно живёшь в этом монастыре и за долгие восемь месяцев никак себя не проявила.

Я покаянно понурила голову, хозяйственной меня, действительно, сложно было назвать.

— Ты медлительная и неаккуратная. — Начала перечислять настоятельница.

Вот так однозначно я бы себя характеризовать не стала. Я, конечно, не ношусь, как заводная, по скотому двору и другим местам в обители. Но раньше, дома, на родной Земле, я все делала очень быстро. Загружала посуду в мойку и нажимала кнопочки. Так же постучала с вещами на стирку, только их ещё и быстро сортировала по цветам. У нас дома был моющий пылесос, я за полчаса убиралась в своей комнате. А готовила я обычно корейскую еду из гипермаркета. Ее нужно было только залить кипятком. И за водой к колодцу ходить не приходилось.

А насчёт аккуратности... Как, вообще, можно аккуратно собрать навоз?! Хотя у Лэли это делать получалось. Но тут, скорее всего, большое влияние имели гены. Я так думаю.

— Посаженные тобой растения не прорастают, — продолжила меня упрекать сестра Даяна.

Это потому, что мне не объясняли, как это правильно делать. Интернета-то в этом мире ещё не изобрели, чтоб я могла сама во всем разобраться, собрав информацию.

— Готовить тебе уже не доверяют, после того, как ты несколько раз сожгла кашу.

Просто кашу здесь варят не в кастрюльке на голубом огоньке. А в огромных чанах, на открытом костре. Я не столько помешивала варево на кухне, сколько боялась сгореть заживо, поймав искру из огня.

— Ты даже взвар приготовить не можешь. Хотя испортить его практически невозможно, но с этим делом ты справилась. — А, по-моему, приготовить этот взвар очень сложно.

Там нужно в особом порядке закидывать с десяток разных трав и при этом помешивать жидкость. А она также варится в огромном котле на открытом огне.

— Алиса, ты не можешь работать в прачечной, за одно утро работы в ней ты израсходовала запасы мыла на месяц, но при этом не отстирала пятна с одежды.

По-моему, это мыло было некачественным, оно только сушило кожу, а пятна не отстирывало.

— Хотя это уже неважно, — махнула рукой настоятельница, — ты же сожгла так неудачно постиранную одежду утюгом. — И в этом меня никак нельзя обвинять, здесьутюг весит, как целый комбайн. И ещё он набит горячими углями. Я в тот день только чудом не сожгла весь монастырь, все монахини должны были отдельную молитву отстоять в благодарность, что дело ограничилось только сожжённой одеждой. Я же дома привыкла гладить лёгким фирменным утюгом с гладкой подошвой и разбрызгивателем пара.