Книга Разлучница для генерала дракона, страница 42 – Кристина Юраш

Её слова звучали как наставление, но в то же время они были наполнены поддержкой. Я почувствовала, как мои ладони стали влажными, а дыхание участилось. Каждое её слово казалось мне важным, и я старалась следовать её советам. Я встала чуть выше, расправила плечи и попыталась сделать лицо спокойным.

— Важно помнить о платье, — продолжила мисс Грейс. — Оно должно быть из атласа или бархата с украшениями, подчёркивающими ребенка. Но избегайте чрезмерной яркости — всё должно быть со вкусом.

Я слушала и запоминала каждый ее совет, ощущая, как сердце чуть учащается, а в груди загорается огонёк ответственности. Мои щеки порозовели, словно я не просто готовлюсь к балу, а должна показать всему миру, что я достойна этого места.

— И помните, — продолжила мисс Грейс, — на балу вам нужно представить дочь генерала. Это — ваш долг и честь. Ваша задача — показать окружающим, что эта малышка — наш важнейший дар, наше будущее. Говорите тихо, с достоинством. Никогда не повышайте голос.

Понимание пришло ко мне: всё, что я делаю, имеет значение. На мне лежит задача быть не только красивой, но и вести себя как настоящая леди.

— Спасибо, — сказала я тихо. — Постараюсь сделать всё как можно лучше.

Экономка улыбнулась мягко, и я заметила, как в её глазах зажглась искра удовлетворения.

Внутри меня всё еще ощущалась лёгкая дрожь, но теперь она перемешалась с желаниемсделать всё правильно.

— Помните, общество не прощает ошибок, — негромко произнесла мисс Грейс, слегка наклонив голову. — Это очень важное событие, и обсуждать его будут еще долго. Вы должны быть безупречны. Что бы ни случилось!

Ее слова повисли в воздухе, словно тяжелый занавес, закрывающий свет. Я почувствовала, как внутри меня поднимается волна тревоги. И тут заплакали малышки. Одна оттого, что нос генерала никак не отрывается от лица и продолжает портить ей всю картину. Вторая ревела оттого, что ей мягко запрещали есть волосы. У детей всегда найдется повод для расстройства!

— Тише, тише, — прошептала я, глядя на малышек на руках генерала. Их лица были сморщены от слез, и я нежно погладила их по головкам, стараясь передать им свою уверенность.

Я ходила и баюкала малышек, а потом уложила их спать.

— А теперь шепотом, — прошептала я, приложив палец к губам.

— Мы могли бы уйти в другую комнату, — заметил генерал, поглядывая в колыбельки.

— Ага. Они это сразу почувствуют! Поверьте моему опыту, — улыбнулась я. — Тут можно бить стулом по столу, можно по улице военный парад пускать. Они будут спать как убитые. Но стоит тебе выйти из комнаты, как всё: слезы, крики...

Мисс Грейс прокашлялась, и ее голос стал еще тише, почти неразличимым.

— Вам нужно будет уметь поддержать светскую беседу, — произнесла она, глядя прямо мне в глаза. Сейчас она говорила вполголоса. — К вам могут подойти уважаемые женщины. Вы должны просить у них советы, чтобы показаться вежливой. Они все знают лучше вас.

Я кивнула, хотя внутри меня все кипело от раздражения. Улыбаться и слушать всякую чушь так, словно это самое важное в моей жизни? Ладно, послушаем. Я здесь таких советов уже наслушалась — на три ужастика вперед хватит. Одна служанка в доме Армфельтов посоветовала пропитать алкоголем хлебный мякиш и засунуть его в тряпку, чтобы малышка все время сосала и спала. Я когда это услышала, чуть не сорвалась.