Книга За(в)учка против Мертвого Ректора, страница 54 – Лора Импульс

— Может, как раз поэтому и назначил! — вспыхнула Ксера. — Чтобы держать ближе к себе.

— Ксера… — Галла опустила глаза. — Я видела, как он реагирует, когда говорит о студентах. Там нет ни презрения, ни равнодушия. Только усталость. Он не похож на убийцу.

— А ты его плохо знаешь, — тихо сказала Ксера. — И, может, не хочешь знать.

Галла долго молчала. Внутри всё сжималось — от слов, от сомнений, от той растущей трещины, которая тянулась между «миром Ксеры» и её собственным.

— Знаешь, — наконец сказала она, — иногда мне кажется, что если тут и есть тьма, то она не в нём, а во всём вокруг. В стенах, в зеркалах, в самой Академии.

— Может быть, — вздохнула Ксера. — Но если так, то Сомбре точно знает, как с этой тьмой ладить. А это меня пугает больше всего.

На миг между ними повисло странное молчание — почти электрическое.

За окном тихо треснуло стекло от перепада температуры, и обе вздрогнули.

Галла перевела дыхание и, чтобы сменить тему, сказала:

— Ладно. Завтра с утра идём на факультет моделирования. А потом — на собрание.

— Хорошо, — согласилась Ксера. — Но, Галла… если вдруг снова окажешься наедине с ректором — попробуй выяснить хоть что-нибудь. Только осторожно, ладно?

— Осторожно, — повторила Галла. — Все вокруг твердят одно и то же.

Она подошла к окну, глядя на огни башен. Осторожно.Слово, которое ничего не объясняет.

День начался не слишком дружелюбно. На площади перед корпусом моделирования уже собирались кандидаты в старосты — каждая группа со своей свитой, как маленькие политические дворы. Воздух звенел от энтузиазма и скрытой зависти.

Галла с Ксерой вошли в зал чуть позже остальных — ибо вновь попытались забрать очки у Гемри. Безрезультатно.

Мир снова был немного размытым, и потому Галла больше слушала, чем смотрела.

Слышала шаги, шорох перьев, приглушённые смешки, перешёптывания. Пока Ксера протискивалась к столу, Галла чувствовала, как за спиной растёт шлейф сплетен — мягкий, липкий, как паутина.

Даже когда собрание закончилось, зал зашумел, словно улей. Кандидаты переговаривались, кто-то уже шептался в углу, кто-то подсчитывал шансы. Галла с Ксерой шли к выходу, и за спиной у них тянулся едва уловимый, но вязкий шёпот.

— Вон та, да… с ректором теперь, говорят, на особом положении.

— Или не с ректором, а с тем, другим с боевой магии…

— Ну а что, Морроу парень видный, не удивлюсь.

— Зато теперь понятно, кто её «продвигает».

Галла не остановилась, только чуть сильнее выдохнула. Воздух вдруг показался тяжёлым, будто от пыли.

Ксера, сжав губы, догнала её.

— Похоже, у нас новая волна слухов. Теперь ты официально «любимица ректора».

— Отлично, — спокойно сказала Галла. — Хоть чем-то прославлюсь до выборов.

— Ты, похоже, не поняла. Они говорят, будто Сомбре тебя «продвигает» только потому, что у тебя роман с Морроу.

Галла едва заметно усмехнулась.

— А, то есть у меня теперь двапокровителя. Как мило.

Ксера закатила глаза:

— Я серьёзно, Галла. Это может повредить тебе на голосовании.

— Пусть, — отозвалась та. — Если у людей слишком скучная жизнь, я не стану мешать им развлекаться.

Она сказала это легко, но внутри на секунду защемило.

В её мире, тридцать лет и целую вечность назад, у неё практически не было поводов для сплетен. Там её звали «синим чулком» — и за закрытые блузки, и за то, что не танцевала на дискотеках, и за то, что работала после до ночи…