Книга Амуртэя. Эпос любовных происшествий, страница 44 – Инна Федералова

Я вздрогнула, заметив движение за стеклом. Что-то темное промелькнуло там, оставив после себя шлейф из теней.

— Услышал от лисицы Сухо… — тихо произнес Хванмин — что Вееро как тень, что скользит между мирами, выхватывая души для своего суда.

Я поежилась. В его словах было что-то зловещее, но в то же время притягательное.

Мы сидели молча, наблюдая, как за окном сгущаются сумерки. за витражными стеклами нашего жилища незнакомый мир стал окрашиваться в странные, неестественные цвета заката. Где-то вдалеке послышался гул ветра, будто нашептывающего древние тайны.

— А что насчет Сонни? — спросила я, в мыслях отмечая, что молодой человек возможно наш ровесник, в общем-то, как и сам Вееро. Они просто невероятны.

Я таких притягательных экспонатов только в фэнтези артах могла увидеть. В особенности, Сонни. Он будет красивее всех известных мне топовых айдолов. Даже безупречнее холодного Хванмина. От Величественного исходило такое чарующее тепло, будто сам он хотел обнять все миры на свете и любить, любить, любить… Безгранично. Или мне так показалось?

Хванмин повернулся ко мне:

— Я так понимаю, Сонни — глаза и уши Вееро. Каждый наш шаг, каждое слово — все фиксируется.

От предположения Хванмина по моей коже поползли мурашки ужаса. А что, если они и мои мысли сейчас услышали о себе? Стыдоба-то какая!

Внезапно я заметила движение внизу. Что-то темное и бесформенное скользило между скал.

— Что это? — прошептала я, кивком головы указывая на окно.

Хванмин напрягся:

— Не хочу даже знать. Лучше не задавать лишних вопросов.

Мы снова замолчали, прислушиваясь к страннымзвукам, доносящимся из темноты. Где-то вдалеке раздался протяжный вой, от которого по спине пробежал холодок.

Ночь в Амуртэе была особенной. Звезды здесь светили иначе — холодным, синим светом. А необычйно яркая желтая луна была так близка, словно готова поглотить нас целиком.

Когда усталость взяла верх, мы разошлись по разным углам комнаты. Перед сном я еще раз посмотрела в окно. За стеклом мелькнула тень, и я могла поклясться, что услышала смех.

— Божечки мои, — схватилась за сердце. — Не-не, спать одна я не буду! Хванмин!

— Что⁈ — окликнулся айдол уже устраиваясь на диване.

— Возьми с собой одеяло и давай спать рядом! Ты чур на полу! — уточнила на всякий случай.

Хванмин тяжело вздохнул, но повиновался. Правда, шагая следом за мной, пробурчал под нос: «Это все сон. Я просто во сне».

…

[Сонни]

Я слежу за происходящим через свое жидкое зеркало. Изменения Хванмина вызывают у меня все больше вопросов.

Интересно. Под глазами айдола появились едва заметные темные круги. Его кожа, теперь не такая здоровая и сияющая. Волосы потеряли свой блеск, словно их лишили жизни. С каждым желанием Сомин, его состояние ухудшалось. Айдол изможден, словно невидимая сила высасывает из него энергию.

Особенно тревожит смена реакций. То, что раньше вызывало у него бурю эмоций — колкости, насмешки, унижения — теперь оставляет его почти равнодушным. Апатия медленно, но верно захватывает его душу.

Кольцо работает. Магия истощает носителя. Но в происходящем есть что-то, что не укладывается в привычную картину.

Хванмин замкнулся в себе, сконцентрировавшись исключительно на выполнении желаний. Его взгляд — пустой, отстраненный. Даже когда Сомин проявила первые признаки сочувствия, он отреагировал вяло, словно его эмоции заблокированы.