Книга В плену романа, страница 115 – Ракель Арбетета

Девушка тут же следует его примеру и опускается на колени. Она не боится запачкать юбку сажей; сейчас она выглядит гораздо увереннее, чем раньше, когда пела на глазах у всех. Она снимает перчатки, откладывает их в сторону и без суеты складывает поленья в очаг. Я занимаю место на оставшемся пустом диване и молча наблюдаю за ней, как и все остальные.

Китти тщательно готовит камин к розжигу. Ее цель – согреть кучку старушек и дам из высшего общества, а потому она игнорирует социальные нормы, которым ей предписано следовать досконально. Ей абсолютно безразлично, что могут подумать о ней, ее манерах или воспитании.

Это поступок, который определяет ее больше, чем любой другой. Китти не волнует, что другие думают о ее поведении, она лишь делает нечто столь же простое и понятное, как она сама: заботится о других.

В этот момент я рада, что являюсь ее подругой.

Ровно в этот момент, стоя на коленях, как Золушка эпохи Регентства, Кэтрин Реммингтон становится моим любимым персонажем в этом романе.

Ричард тянется к одному из поленьев и обнюхивает его. Китти чешет его под подбородком.

– Ты знаешь, что нужно делать. Только не переусердствуй, пожалуйста. Сначала подожги полено, чтобы то ярко разгорелось. Потом сделай пламя спокойным, устойчивым. Безопасным. Теплым. Покажи нам, на что ты способен.

Рики поднимает сначала одну лапу, потом другую. Он трясет своим тощим маленьким телом, выгибает шею назад и запускает в дрова искру.

Королева Шарлотта аплодирует. Меркурий II лает, спрыгивает с ее колен и подходит к Рики, который при виде него дружелюбно рычит. Обнюхав друг друга, они решают поиграть, гоняясь друг за другом между диванами.

– Большое вам спасибо, мисс Реммингтон, – произносит леди Китинг. – Но вот ваше платье теперь полностью испорчено…

– О, не волнуйтесь. – Китти берет в руки каминную кочергу и завороженно поворачивается к пламени, которое отражается в ее глазах. – Это всего лишь сажа. Она быстро пачкает, но так же легко смывается. Однако то, что оказалось замарано, не теряет своей ценности.

– Ты воспитала очень интересную молодую леди, Холли, – говорит королева баронессе Ричмонд.

– В ней течет моя кровь, Лотти, как же могло быть иначе? – отвечает та, притворяясь недовольной.

Приведя в порядок поленья с помощью кочерги, Китти встает и подходит ко мне, усаживаясь не на диван, а на пол. Она прислоняется спиной к дивану и поворачивает голову, чтобы заговорить со мной.

– Я не хочу испачкать обивку, – объясняет та. – Кстати, Лала, ты на меня злишься?

Я хмурюсь. Этот диалог… его нет в романе.

– Разумеется, я не злюсь, почему ты спрашиваешь?

– Но ведь я не отправилась на поиски бриллианта.

– Но если он тебе не нужен, почему я должна злиться, что ты не пошла его искать?

– Потому что, может быть, он нужен тебе, – шепчет она. – И из-за мамы ты не можешь оставить меня. Ты привязана ко мне. Если бы я пошла искать его, как и остальные, ты могла бы пойти со мной и поискать его в одиночку. Или мы могли бы искать его вместе. – Она делает паузу. – Может, гости уже нашли его, но если нет, не хочешь ли ты через некоторое время уйти и присоединиться к поискам? Ты же знаешь, это не первый раз, когда я гуляю ночью по лесу на этой территории.

Я наклоняюсь вперед, опираясь локтями на колени, а подбородком – на ладони. Я тяжело вздыхаю.