Книга Дуэль двух сердец, страница 65 – Ксения Холодова

Клэр услышала, как он тоже опустился на пол. Тишина сделалась мучительно тяжёлой, но разорвать её ни у кого из них не получалось. Девушка корила себя, ругала, цеплялась пальцами за короткие волосы. Всё могло быть иначе. Она должна была взять полотенце сразу, успеть одеться до приезда Лесова или – что ещё лучше – поехать с остальными к актёркам и сидеть где-нибудь в углу вместе с Фёдором, как это быва-ло и раньше. Но ничего уже не исправить. Никита узнал её секрет.

– Я выйду. Мне нужно время, – проговорила Клэр.

– Я не тороплю.

Она вытерла тело полотенцем, наспех промокнула волосы, сменила рубаху на сухую и облачилась в красный гусарский мундир.

Сделать первый шаг было для Клэр настоящим испытанием, но, чем больше она медлила, тем больше страх овладевал ею. Набравшись решимости, она всё же отворила дверь и с недоверием вышла из комнаты, точно запуганный заяц к голодному волку.

Перед Лесовым снова стоял его соратник. Безусый юнкер Никита долго не находил слов. Явно оробев, он стоял, разминая замёрзшие руки и хлопая длинными густыми ресницами, как десятилетний мальчишка перед девочкой, которая стала его первой любовью. Стыдливо разглядывал её, пытаясь теперь в стоящем перед ним молодом гусаре, вновь увидеть женские черты. Это воспоминание было хрупким, призрачным, каким-то ненастоящим, сказочным. Несколько раз его губы приоткрывались в попытке что-то сказать, но с них не сорвалось ни звука.

– Я должна объясниться, – запинаясь, произнесла Клэр.

– Боюсь, что в вашем случае одних объяснений будет недостаточно.

– Всё не так, как может показаться на первый взгляд.

– Неужели? – Тёмные глаза Лесова по-прежнему в недоверчивом смятении глядели то на Клэр, то на мокрый пол. Казалось, что он так и не смог решить для себя, как всё-таки обращаться к ней после того, что узнал.

– Пожалуйста… пожалуйста, не смотри так на меня!

– А как прикажете на вас смотреть, сударыня? Поделитесь опытом, что в этом случае полагается делать и о чём говорить?

– Прошу поверь мне! Я не хотела обманывать вас всех, но…

– Поверить? Вам? – Ранящий смешок вдруг вырвался из груди. – После стольких дней, что вы наглым образом устраивали этот маскарад, дурача нас? – Его голос креп с каждой секундой. Мгновенно он сделался строгим и требующим объяснений любой ценой.

– Я не выбирала такую участь. Я не выбирала такую жизнь. У меня просто не было выхода.

– А что Степан? Неужто вы поволочились в полк за ним? – По лицу Никиты отчётливо было видно, что он сам не поверил своему абсурдному предположению.

Клэр почувствовала, как что-то практически осязаемое и острое вонзилось в грудь. От обиды перехватило дыхание, а горло беспощадно сжалось и некоторое время не могло воспроизвести ни звука. Серо-голубые глаза сделались мрачными и злыми настолько, что, взглянув в них, Лесов наверняка понял, что ошибся.

– Не смей клеветать на него! – сквозь стиснутые до скрипа зубы процедила она сердито.

– Хорошо… Прости. Расскажи мне всё. Без утайки. И с самого начала. Быть может, я пойму и смогу помочь, хоть и не знаю до сих пор, чем в такой истории можно помочь.

* * *

Холодная, покрытая светло-зелёными обоями стена была разрисована чёрными кривыми тенями от стоящих за окном деревьев. Острые ветки пугали своими резкими движениями, наползали словно мрак. Они то поднимались к потолку, то снова опускались, наклоняясь в такт свистящему февральскому ветру. Рядом пыхтела печь и трещали поленья, а большую комнату освещали всего лишь две почти догоревшие свечи.