Книга Год черной тыквы, страница 90 – Валерия Шаталова, Дарья Урбанская

– Ты как-то спрашивал, бывал ли я в Грантланде… Так вот, я там бывал весьма часто. Собственно, не считая последней пары лет я только там и бывал. Родился в столице, но затем мне пришлось уехать и поселиться в маленьком городке Лэе, что на берегу озера Мутт. Слыхал про такое?

Горын кивнул, явно не понимая, как это связано с опоссумом. Оно и не было, но мне внезапно захотелось хоть с кем-то поделиться паршивыми подробностями своей паршивой жизни. Сомневаюсь, что Горын станет болтать, а выговориться хотелось до жути.

– После некоторых… м-м-м… неприятных событий я перебрался в Гарду^[11]. Сначала выступал как скальд, потом удалось обзавестись полезными знакомствами, и в целом жизнь начала налаживаться. Пока однажды я не влип в одно неприятное дельце, из которого меня выручил Феофан Барятин.

– Глава артели артефакторов, – медленно проговорил Горын. – Мы не были знакомы лично, но мне известно, что он не самый последний человек в Гарде.

– Да, такой же влиятельный, как и мутный. – Я вздохнул. – Но я тогда ещё этого не знал. А потому весьма обрадовался, когда Барятин предложил мне вернуть ему долг не полновесным златниками, а услугой.

Опоссум недовольно засучил лапками и сполз с рук, перебравшись на самый край тюфяка, в самый угол комнатёнки. Там он уселся, встопорщив шерсть, и стал посматривать то на меня, то на Горына, который как раз проницательно подметил:

– Сдаётся мне, та услуга и привела тебя на Хейм.

– Угу. – Я снова вздохнул. Вспоминать о собственной наивной дурости было не слишком приятно. – Пару месяцев назад, накануне Русальей недели, у Барятина погибла жена. В пустом доме, одновременно с камердинером своего мужа.

– Помню, громкое было дело, – нахмурился Горын. – И он решил выставить тебя виноватым?

– Не всё так просто. Сыскари списали всё как ссору полюбовников, но сам Барятин был уверен в жене и как-то определил, что виновника следует искать на Хейме. Вот тут-то и свершилась наша сделка: меня по подложным документам отправили сюда, чтобы всё разузнать.

– И ты согласился?! Ведь это же путь в один конец!

– Ну конечно, мы обговорили условия моего возвращения. Мне…

– Нет, ты не понимаешь, – с тревогой перебил меня Горын. – Ты не из Гардарики и, вероятно, не знаешь…

– Перестань, – отрезал я. – Да, я сглупил, согласившись на сделку, но я не идиот. И это длинное вступление как раз имеет непосредственное отношение к опоссуму. Барятин подкупил одного из карателей, Власа. Он был моим связным, передавал указания и снабжал талонами. По плану я должен был выяснить, не имеет ли кто из норных отношения к смерти Евдокии Барятиной, а если нет – перебраться в Город и осмотреться там. После всего Влас бы организовал моё отбытие с этого прекрасного острова. Но на него в Руинах напал скилпад, и вот теперь мы здесь – я и его опоссум.

– Ох, Лило… – Горын с горечью покачал головой. – Первым делом тебе надо срочно избавиться от элементаля.

– Это вряд ли. Теперь мелкий – единственное, что связывает меня с Барятиным. – Я потянулся, чтобы почесать зверёныша, но он увернулся от руки. – Его как-то перенастроили на доставку писем.

– Доставку писем из Гарды? С самого материка? – Горын недоверчиво посмотрел на меня, а затем уставился на опоссума. – Но это невозможно, Лило!

– Кому известно, что возможно, а что нет для головы столичных артефакторов? – отмахнулся я. – Факт остаётся фактом – мелкий берёт письмо, затем – пуф! – исчезает, а вскоре возвращается с ответом. Да ты и сам только что видел.